Никого впереди

Атаманов уже подошел к выходной двери, как услышал сзади справа:

– Они ставят двойной блок, а Ленка как… – и дальше прозвучало то самое гортанное, женское, что так завело его десять часов назад.

Он оглянулся на звук очаровавшего его голоса. Это была она – его волейболистка.

Ни секунды не раздумывая, Атаманов резко повернул к «комсомольскому» столу.

… Они сидели на скамейке в сквере, окружающем оперный театр. Приобняв девушку, Атаманов набросил на ее плечи свой парадный китель. Кителя хватило на двоих до тех пор, пока не дошло до поцелуев.

А дошло довольно быстро.

Страсти накалялись, китель постоянно спадал с ее плеч. Хорошо, что на сиденье скамейки, а не на песчаную дорожку сквера. Зато беседе китель совсем не мешал и благополучно возвращался на место в «перерыве между таймами». Перерывов хватило на то, чтобы через пять часов, что пролетели с того мгновения, когда он подошел к ней со словами: «Меня зовут Николай», – им показалось, что знакомы они уже целую вечность.

– А мы встречались, Николай Петрович, – сразу же ответила ему волейболистка. – В сентябре на комсомольской конференции вы мне сделали комплимент по поводу удачного выступления в прениях.

Атаманов почувствовал, что его уши накаляются до цвета тормозных колодок при экстренном торможении.

– Да вы успокойтесь. С кем не бывает! Мне, как представительнице слабого пола, даже приятней, что мужчина обращает на меня внимание не как на комсомольского оратора, а как на волейболистку.

Или, – на этом самом месте она мило улыбнулась, – как на женщину, по-спортивному в разумных пределах обнаженную. Напоминаю, что зовут меня Нина. Я неосвобожденный комсомольский секретарь и инженер по технике безопасности станции Камск-вторая. Инициалы мои – ЭН-ЗЭ-ДЭ. Полностью – Нина Захаровна Дмитриева.

К этому моменту они уже стояли в окружении нескольких «комсомольцев» во главе с Семеном.

Семен доверительно добавил:

– НЗД еще расшифровывается как «Нина замедленного действия».

Если что не так, то ее механизм тихонько тикает и тикает. Но когда рванет…

Атаманов взглянул на часы:

– Нина, уже шестой час. Скоро на работу. Давай зайдем ко мне, попьем чайку, а потом я тебя отвезу на твой боевой пост.

Нина улыбнулась и, чуть отодвинувшись, посмотрела на него.

– Знаешь, Коленька, мне так хочется пококетничать и изобразить из себя романтическую восьмиклассницу, оскорбленную твоим безнравственным предложением.