Неслучайные случайности

Особо понравившиеся книги стала покупать, когда они начали появляться в продаже, и ставила в шкаф, который они с Серёжей купили, когда только въехали в новую квартиру. В результате получилась небольшая библиотека. В основном литературные произведения Семёновна приобретала в мягких обложках, зато все свои книги она читала и очень любила. О том, что прочитала все книги про Гарри Поттера и сказки английских, американских и других зарубежных писателей, она никому не рассказывала, да и не с кем ей было делиться.

Соседка её, наоборот, читала лишь женские романы, а у Семёновны они только место занимали, вот она их постепенно подруге и отдавала. О книгах они никогда и не говорили, но книжки Наташа принимала с радостью и благодарностью.

Думая о своей жизни, Семёновна понимала, что начиналось-то всё неплохо и спокойно, а почему оборвалось, так и не продолжившись, для неё оставалось загадкой, на которую, как она считала, отгадка где-то есть, но в какой книге её искать – не знала. И отчасти поэтому читала ещё больше и увлечённее, отдавая этому занятию всё свободное время, а его-то у Семёновны было предостаточно.

С Серёжей в начале всё шло у них по-людски. Жили, не ругаясь, без явных противоречий. Но алкогольная зависимость ведь не разбирает, кого губить, а кого – нет, берёт всех, кто не сопротивляется и отдаётся ей полностью.

Лечить мужа Семёновна и не пыталась, молчаливо приняла страстную его любовь к пьянству. Так он и пил. С работы его не увольняли, потому что был уже испытанным работником и даже с похмелья мог с закрытыми глазами всё починить, никогда не буянил и не хулиганил, на работу приходил вовремя, при этом пил постоянно.

То есть состояния трезвости у него просто не наблюдалось. Такой вот запойный умелец. Уникальный в своем роде алкоголик, можно сказать, талантливый, и пил, и работал, и на своём месте был хорошим специалистом.

Сергей никогда не повышал голос и не ругался. Особенно много пил на ночь. Напьётся и спит. Худел и худел, усыхал, будто таял; голос его становился все тише.

Однажды заснул на лавочке у дома зимой.

Так у Семёновны не стало мужа. Она почти и не горевала, только немного поскучала по его тихому сопению, потому что и с ним была одинока. Детей они не нажили. Ни разу не получилось забеременеть. И вот теперь, спустя столько лет жизни, она впервые пожалела о том, что нет у неё ни дочки, ни сыночка. И как-то вдруг стала сожалеть об упущенных годах и возможностях.