Сюртук

Положение со здоровьем жеребенка оставалось неизменным. Все усилия Федора хоть как-то улучшить состояние больного оставались без результата. Жеребенок продолжал лежать на соломенной подстилке почти без движения, с открытыми глазами и тяжело дыша.

– Не пойму я, что с нашим жеребчиком происходит? – спросила Груня. – Я вчера посмотрела, рана вроде бы заживает. Казалось бы, пора и выздоравливать. Да что-то никак… Интересно, чтобы ваш отец в таком случае делал?

– Я вот тоже прошлой ночью об этом думал. И кое-что вспомнил.

Когда я на последнем курсе в техникуме учился, поинтересовался как-то у отца, почему так бывает, что если раны вроде бы заживают, а общее оздоровление все равно не наступает? Он тогда сказал: «Видишь ли, если на теле хоть одна рана гнилая, то уже плохо».

– Это значит, внутри у него какая-то инфекция?

– Наверное. Волк ведь в голодное время все подряд хватает и падалью не брезгует. Любую заразу мог занести нашему больному в кровь. Понять бы, как с этой инфекцией справиться.

 – Немного помолчав, Федор продолжил: – Вообще-то отец часто повторял: «Образование дается для того, чтобы знать, в какой книге искать ответ».

– Так может быть, в бумагах отца покопаться? Там много чего найдешь.

Перед глазами Федора вдруг появилось лицо матери, и ему показалось, что он слышит ее голос.

– Тебе что, плохо, Федор?

Груня впервые обратилась к нему на «ты» и это несказанно обрадовало Федора. Такой переход был еще одним шагом к их сближению, которого он уже сейчас четко желал.

– Груня, мне нужно отойти ненадолго, но я быстро вернусь.

Федор никогда не поднимался на чердак ночью и поэтому очень удивился, что все знакомые ему с детства предметы в тусклом свете лампы выглядели совсем иначе, нежели при свете дневном. Тем не менее, он быстро нашел нужные ему толстенные книги в дивных кожаных переплетах с латинскими буквами, тисненными золотом. Федор быстро сбежал по лестнице вниз.

Груня сидела на лавке, плотно прижавшись спиной к теплой печке.

– Согреться успела? – достаточно формально поинтересовался Федор, выкладывая на стол принесенные с чердака книги.

– Я даже успела поинтересоваться состоянием нашего больного.

– Ну и как?

Она на секунду задумалась и затем мрачно ответила:

– Без изменений. Мне кажется, надо что-то предпринимать, с кем-то консультироваться, иначе…

Федор не хотел слышать, что может быть иначе, и поэтому прервал ее.

– Вот я и хочу проконсультироваться с немецкими ветеринарами.