Суфлер

Но перед напором и апломбом Степана все меркло.

Мордатый парень хохотнул:

– Подход нужен к людям, усекаешь? Подход! Особенно к дамам пикантного возраста. Посмотри на себя, как ты выглядишь, как держишься? Будто нищий на паперти. «Можно книжки посмотреть… Сколько стоит?» Ты же не милостыню просишь! Ты пришел ей услугу оказать, дать денег за старый хлам. Так и веди себя как благодетель. А то еще, знаешь…

И Степан довольно похабно подмигнул, будто намекая на некие дополнительные обстоятельства.

Эрдель, никогда не отличавшийся особенной смелостью с женщинами, пожал плечами, изображая равнодушие:

– Ну, с этой, предположим, не очень-то весело дело иметь!

Степан взглянул на него с искренним изумлением и присвистнул сквозь зубы:

– Ты, смотрю, в бабах ничего не понимаешь! Что она в годах, это хорошо, дурень! Ухаживать долго не придется, а кончается все одним и тем же. Я вот жалею, что двадцать пять ей заплатил! Несговорчивая стерва! Впервые у меня такое! Обычно они на все готовы, если поухаживать…

Он говорил о бывшей хозяйке картины даже как будто с уважением, удивляясь своей «промашке».

А Эрдель, привыкнув к несложной моральной позиции новообретенного приятеля, от души веселился:

– В самом деле, если ты такой ловкий, что ж ты ей деньги дал? Остался бы подольше…

– Да не мог я. – Степан внезапно помрачнел и переложил сверток из руки в руку. – Она мне такое сказала, что всякое настроение пропало. Сунул ей деньги в зубы и ушел.

Знаешь, после кого она все продает? Думаешь, после бабули или дедули? Я вот тоже так считал…

Эрдель признался, что не знает даже имени хозяйки, не то что подробностей распродажи. Степан вздохнул:

– У нее сестра умерла, у этой грымзы. Младшая сестра, еще тридцати не исполнилось. Это все ее имущество – и книги, и картина. Там еще пишущая машинка продается, одежда, барахло всякое. Все решили распродать.

– А от чего умерла? – полюбопытствовал Эрдель.

– Задохнулась, – коротко ответил Степан и, внезапно остановившись, протянул руку: – Ну бывай, может, пересечемся еще.

Мне налево, а тебе куда, в метро?

Они и в самом деле за разговором незаметно оказались у станции метро. Эрдель ошеломленно огляделся, не узнавая знакомых мест, и спросил:

– Задохнулась – это как? От чего задохнулась?

– Иди разберись, – буркнул Степан. – Я эту мадам спрашивал, но она особо говорить не желала. Задохнулась и умерла, вот и весь сказ.