Школа злословия

]

«Школа злословья»? Полно! Неужели

Без школы мы злословить не умели?

Какие тут уроки могут быть?

Еще бы нас учили есть и пить!

Когда красавиц наших, ту иль эту,

Тревожит печень, – дайте им газету;

В ней сильнодействующих – quantum satis;

Чего бы вы ни пожелали – нате-с.

«О боже!» – лэди Уксус (что не прочь

За картами прощебетать всю ночь),

К полудню встав, свой крепкий чай мешает

Со сплетнями – Как это освежает!

Дай мне газету, Лисп, – как хорошо!

(Отхлебывает.

«Вчера лорд Л.

(отхлебывает)

был пойман с лэди О.».

Как это помогает от мигрени!

(Отхлебывает.)

«Хоть миссис Б. и опускает шторы,

«Сквозь них легко проникнут наши взоры».

Да, это зло; жестокая заметка;

Но, между нами

(отхлебывает),

право, очень метко.

Ну, Лисп, читайте вы, отсюда вот!

Так-с!

«Пусть лорд К., тот самый, что живет

«На Гровнор Сквэр, себя побережет:

«Хоть лэди У. он и дороже сына,

«Но уксус горек». – «Это я! Скотина!

Сейчас сожгите, и чтоб в дом мой эту

Впредь не носили подлую газету!»

Так мы смеемся, если кто задет;

А нас заденут, – смеха больше нет.

Ужель наш юный бард так юн, что тщится

От моря лжи плотиной оградиться?

Иль он так мало знает грешный мир?

С нечистой силой как вести турнир?

Он биться с грозным чудищем идет:

Срежь Сплетне голову, – язык живет.

Горд вашей благосклонностью былой,

Наш юный Дон Кихот вновь вышел в бой;

В угоду вам, он обнажил перо

И жаждет Гидре погрузить в нутро.

Дабы снискать ваш плеск, он будет, полон пыла,

Разить, – то бишь писать, – пока в руке есть сила,

И рад пролить для вас всю кровь, – то бишь чернила.

Действие I

Сцена I

Уборная лэди Снируэл.

Лэди Снируэл за туалетом. Снэйк пьет шоколад.

Лэди Снируэл. Итак, м-р Снэйк, все напечатано?

Снэйк. Да, милэди; я сам переписывал измененным почерком, так что никто и не догадается, откуда все это идет.

Лэди Снируэл. А что, распустили вы слух о связи лэди Бритл с капитаном Бостол?

Снэйк. Я повел это так тонко, что лучше и желать нельзя. Если все пойдет нормально, то, я думаю, слух достигнет до ушей м-с Клаккит в двадцать четыре часа, а уж тогда, вы знаете, – дело сделано.

Лэди Снируэл. Да, это верно: у миссис Клаккит большой талант и много усердия.

Снэйк. Совершенно справедливо, миледи; и до сих пор действовала она не без успеха.