Сюжеты одной пианистки

А сама такая тонкая, и маленькая, и изящная. С ней весело. А это значит, что не стоит огорчаться даже под самую печальную мелодию. Пусть чёрная бабочка всегда будет на шее музыканта-мастера во время его выступления на концерте.

А если всё-таки будет обидно, вспомните свою домашнюю любимицу-кошку… и поиграйте с ней в бабочку.

Дама в деке

1

В одной весёлой компании всегда любили музыку и не упускали случая что-нибудь поиграть на пианино.

– Вот Леночка – прекрасная пианистка. Она нам сыграет, – делал мне рекламу Марик.

 – Миша, послушай-ка.

– Я сам играю. Могу предложить ноты.

– Нет, нот не нужно, я знаю наизусть, – сказала я, села за фортепиано и начала играть.

В комнату вошла Оля. Она училась в музыкальной школе и прислушалась к игре.

– Ты сделала мне сегодня подарок на день рождения. Такая музыка, как будто падают снежинки и танцует куколка, – сказал Марик, когда я кончила играть.

– Это вальс Шопена, – объявила я.

– Замечательно.

– А у меня есть с собой блок-флейта, – сказал Миша, – сейчас я тоже сыграю.

Он вытащил из портфеля флейту и сыграл известную мелодию Бетховена. Но звуки тянулись очень тоскливо и жалобно. И всех настраивало на задумчивость.

– Я знаю эту мелодию. Это песня «Сурок».

– Да, да, она.

– Но что мы загрустили? Давайте же выпьем за именинника.

Весёлый вечер подходил к концу, когда мы, отметив день рождения, возвращались по домам.

Новые друзья познакомились со мной и узнали о моём умении играть на фортепиано.

С тех пор частые встречи с ними проходили за игрой на пианино и с пением известных песен.

– Леночка, тебя стало не узнать: то ты о чём-то грустила всегда, а теперь и глядишь весело. Будь всегда такой, – сказал как-то мне Марик.

– Буду стараться, – ответила я и улыбнулась.

Но слова «будь всегда такой» эхом отозвались в моём сердце, и я подумала: что-то здесь не так.

2

Я пришла домой в сильной задумчивости. И, отыскав свои старые исписанные ноты, села за пианино.

Что же тянуло меня заново просмотреть их? Медленно проигрывая каждую ноту, я прислушивалась к звукам, осторожно поднимала пальцы, будто ходила на цыпочках по клавишам, ожидая для себя какого-то прозрения. Может, я заново прочувствую музыку? И она не станет такой машинальной и холодной, как была последнее время. Будто тонкий механизм мастерства после моих выступлений сломался, и я по интуиции хотела его восстановить.