Западня 3,14…

Его задача следить за створом и остановиться, когда желтая метка на конце ленты поравняется с уже воткнутой в снег вешкой. Тогда Татарин втыкает впереди следующую вешку и получается ровно 25 метров.

Витя Крюков, здоровенный лоб, недавно из армии, где служил танкистом, в партии успел поработать на самом старом тягаче, из недр которого не вылезал по причине постоянных ремонтов, все время в мазуте, за что и назван Копченым. Когда тягач окончательно рухнул и в ожидании нового, был временно переведен в топобригаду.

Он автоматически выполнял свои нехитрые обязанности, а сам думал о Маяковском.

Он знал поэта из школы, помнил "достаю из широких штанин", еще что-то смутно про облако, учительница вроде говорила о поэте, как о воспевающем развитой социализм. Копченый как раз жил в эту эпоху и сомневаться, что социализм именно развитой ему в голову не приходило.

Он силился вспомнить, метров через 250 неожиданно всплыли чуднЫе слова:

Если парень

боксами увлекся,

он -

рукой – канат,

а шеей -

вол

– Чего хотел сказать? – думал Копченый, – чего хотел, то и сказал.

Руки натренировал, стали они сильные и длинные как канаты. А шея сама накачалась, там в боксе упражнения специальные есть…

Татарин тем временем вспоминал другие строчки. В отличие от Копченного у него с советской властью было не все гладко. Сильно пострадали в свое время родители, старый сморщенный дед вообще принципиально отказывался говорить по-русски, а сам Татарин уже успел ходку сделать.

Он нутром почуял, что Маяковский на что-то намекает:

дальше

своего

расквашенного носа

не мерещится

парнишке

ничего.

– Ага, – обрадовался Татарин, – ебнули ему по сопатке, так он все и позабыл. Вот они комсомольцы-добровольцы херовы, пиздеть только горазды, а чуть что – и видеть ваше блядское соцсоревнование не желаю…

***

Вечером, ближе к полуночи на стол с ватманом упали две школьные тетрадки. Копченый написал крупным, округлым, понятным почерком, но мало. Борис зачитал вслух, стараясь сохранить оригинал:

"Маяк радуется советскому спорту, по старинке называет его красным.

Он хочет чтобы все советские люди занимались – нужен массу подымающий спортсмен. Чтобы значит сам бабайки накачал и народ подтянул. Государство заботится о спорте и само собой о спортсменах – И растет приобретенный чемпион безмятежней и пышнее, чем пион…

Спорт говорит Маяк из кого угодно человека сделает – чуть не в пролетарии произведут из торгаша.