Западня

Она все еще держала его за рукав, но, как ему показалось, уже не так агрессивно.

– Милена, помолчи, – сказала она, обращаясь к дочери. Это были мать и дочь – теперь он ясно это видел. – Послушайте, где вы взяли велосипед? Это велосипед моей дочери! Милена, я кому сказала – не лезь!

Девчонка все время пыталась вмешаться в разговор, но теперь замолчала. Михаил все подробно рассказал. Махнул рукой в сторону речки, объясняя, где нашел велосипед, и увидел, что женщина закусила нижнюю губу. Глаза у нее были измученные, под ними пролегли серые тени.

– Так вы с ней не знакомы? – спросила она уже без всякой агрессии в голосе. Михаил подтвердил. И добавил, что только однажды перекинулся с ее дочерью парой слов, но они относились к велосипеду, больше ни к чему. Он даже имени ее не знал.

– Боже мой, – тихо и уже без всякого выражения сказала женщина. – Что же мне теперь делать?

Милена смотрела на него с ненавистью. Как видно, она продолжала его в чем-то подозревать.

– Мам, ты только его не отпускай, – процедила она.

 – Может, он все врет.

Мать одернула ее:

– Как ты разговариваешь со взрослыми?! Помолчи! Боже, до меня все еще не доходит… Где же она, в конце концов?!

Из ее сбивчивых объяснений Михаил понял, что Ольга – ее старшая дочь – уже несколько дней не появляется дома. Она сказала, что будет жить у подружки, но координат не дала… Собрала маленький рюкзачок, уехала на велосипеде, и вот они видят чужого человека с этой машиной, а Ольги нет. Женщина вдруг расплакалась.

Михаил окончательно растерялся. Наверное, надо было извиниться, уйти, не вмешиваться. Ведь он давно дал себе зарок – не можешь помочь – отойди в сторону, сделаешь только хуже. Но женщина плакала на виду у любопытствующих прохожих. Мокрый велосипед лежал на дорожке. А Милена смотрела на него так злобно, что он понимал – без скандала ему уйти не удастся. И он поднял велосипед.

– Давайте поищем патрульную машину, – сказал он как можно спокойнее. – Они всегда стоят возле метро.

И первым пошел вперед.

* * *

Он оказался прав – неподалеку от станции метро они заметили милицейскую машину. Михаил остановился, не доходя до нее нескольких шагов. Ему очень не хотелось вмешиваться, но отступать было поздно. Велосипед по-прежнему был на его попечении. А сам он, как видно, оказался на попечении Милены – девочка не отходила от него ни на секунду, пока ее мать объяснялась с патрульными. У Михаила было чувство, что его уже взяли под арест.