Рассказы Иванова-Петрова

Ничего особенного, между прочим. Ну да, единство душ. Да, миг полного понимания. А потом…

Было шесть вечера, декабрь, сумрачно. На улице снег, темнота, зима. У окна сидели жена и кот. Жена что-то читала, кот жмурился и дремал. И тут совсем близко от окна запела лазоревка. В темноте, зимой…

Они оба посмотрели в окно. Потом друг на друга. Посмотрели осознанно. Мысль была общей: поет – зимой? птичка? как интересно! И оба подались к окну – посмотреть.

Лазоревка замолчала. Опять посмотрели друг на друга.

Мысль была общей: мы понимаем друг друга! все понятно! Понимаю его движение и интерес, сам(а) такое же чувствую.

Два существа встретились. Понимание произошло. Кот, как существо мудрое, стал постепенно вновь погружаться в дремоту, ну да, встретились, это отлично, теперь можно вздремнуть. Жена была заинтересована в продолжении контакта: она достала игрушечную мышку, жуткий полупластмассовый муляж, который ей, наивной, всучили в магазине со словами, что это игрушка для кошки.

Этот ужас, пахнущий пылью, она протянула коту и ласково подтолкнула к его морде – играй, мол.

Кот взял мышь в рот, пару раз передвинул там и тщательно положил перед женой. На, я сделал это, как ты хотела. И, встав, удалился с кровати. Спрыгнув, обернулся и мысль на искаженных горькой печалью была опять общей: ведь понимание было! мы понимали друг друга! так зачем ты впихнула мне эту мерзость? Теперь всё. Опять повела себя как непонимающая ничего, опять стена.

В случае контакта с нечеловеками, полагаю я, будет то же самое. Вовсе не будет такого, чтобы прямо уж невозможно понимание. И не будет, чтобы понимание было легким. Будет трудно. А потом мы поймем друг друга, а потом разойдемся, потому что – ну нельзя же так, разумные. Это нехорошо, а какой контакт лажа-нули, какой контакт…

2016

Когда в голове чужая мысль

Приехав домой, узнал, что кот стал гипнотизёром. По крайней мере жена уверяет, что у неё в голове возникла мысль, что животных в морозы надо усиленно кормить, и она поняла, что это – не её мысль.

Видимо, мороз резко обострил способности кота.

2013

Санкюлотские истории

Неуязвимый Беккер

В конце 1980-х я работал рабочим сцены в московском театре-студии имени Гнесиных. Таким образом я старался снискать себе средства к жизни – зарплаты младшего научного катастрофически не хватало, и я устроился в театр на 42 рубля в месяц.