Пойдем со мной. Жизнь в рассказах, или Истории о жизни

В чем виноваты эти несчастные дети? Оля ела с аппетитом, но Тишка не особо – ему было нехорошо.

– Гена! Хорош там! – громыхнул мужчина на весь участок, когда один из мальчишек за стенкой уж слишком пронзительно вскрикнул. – Веди их сюда!

Вернулись. Следов побоев не видать, но оба донельзя взлохмачены и помяты.

– Значит, так… Вы двое шуруете домой, ясно?!

Мальчики покорно кивнули, но всем было понятно, что туда они не вернутся.

– А эти… – он кивнул на Олю с Тишкой. – Этих придется отвезти в больницу.

В стационаре наших героев ждали не особо – обездоленных детей там было немало.

Медсестры и врачи не церемонились – на каждого души не хватит. Да и сами дети не располагали к любезностям: хамили, дичились, дрались между собой. Олю с Тишкой отмыли и натерли головы дустовым мылом от вшей. У Тиши обнаружили двустороннюю пневмонию.

Оля слышала, как врач, изучив снимки легких, ругал медсестер за ее брата:

– Зачем мыли ребенка с такой температурой? Вообще мозгов нет? Не видели, что он чуть живой?!

– Так вши ведь… – пролепетала медсестра.

– Руками выбрала бы! А теперь будете дежурить возле него всю ночь по очереди.

Тишку перевели в другое отделение. До поздней ночи Оля слушала рассказы бывалых об ужасах детдома. Именно туда ее должны были отправить после окончания обследования.

– Мама говорила, что там из самых некрасивых варят суп…

– Ну, конечно! А ты что думала? Денег-то у них нет, а кормить всех надо, – издевался над ней мальчишка с лишаем на голове.

Он подмигнул остальным, и те подтвердили.

Возможно, если бы Оля не была запугана детдомовкой-мамой, она бы поняла, что это ложь. Но они рассказывали и о другом: о загнанных под кожу иглах, об ударах тяжелых палок по провинившейся спине, об изощренностях других воспитанников…

– Не, вы как хотите, а я отсюда свалю. Мне свобода дороже, – сказал лишайный.

– Как? – спросила Оля.

– Как и в прошлые разы. Пока будет обход, украду ключи от черного хода и будьте здоровы.

– Можно мне с тобой?

– Как хошь, – пожал угловатыми плечами мальчик, – только бегать нужно быстро.

Побег запланировали через день. Накануне ночью, дождавшись, когда медсестра отойдет на минутку с поста, Оля пробралась в палату Тишки. Он спал, укрытый потасканным, но чистым одеяльцем. Оля взяла его за ручку и зашептала:

– Тиш, я найду тебя, обещаю. Я поеду к тете Алле… Вдруг она добрая и согласится взять нас к себе? Это наш единственный шанс, понимаешь? Тишка… братишка… Прости меня, прости.