Песнь крысолова

Проходим мимо камер, и я слышу, как дыхание Михи учащается. Но пока он не дает деру.

– Это что за место?

– Бывший бункер.

– А тюрьма тут почему? Блин, еще и какие-то садо-мазо примочки…

Мы выходим в бар, и Михи заметно расслабляется; это место выглядит привычным и не пугает.

– А-а-а, понял, у вас тут клуб типа «Бергхайна». Да я слышал, что есть такая тусовая точка в бункере.

– Хочешь пить?

В его глазах зажигается интерес, и он жадным взглядом проводит по бутылкам на полках.

– Вискарь есть?

Я знала, что он выберет алкоголь.

Что еще может захотеть оголтелый тинейджер, имея такую возможность. Но в глубине души все же надеялась, что он из скромности попросит воды. Барбитураты[5 - Барбитураты – вещества, используемые как седативное и снотворное средство, относятся к разряду наркотических.] и алкоголь – комбинация для убоя. О том, что со мной сделают, если он помрет, даже думать не хочется.

Но я спокойно вынимаю бутылку Jack Daniel's и делаю вид, что беру бокалы, которые специально поставила подальше, чтобы незаметно влить снотворное.

С трудом удалось найти препарат в жидкой форме: капсулы с моих рук он точно не стал бы глотать.

Краем глаза слежу за ним, но он ничего и не подозревает, с интересом оглядывая локацию.

– Готово.

Михи исподлобья буравит меня и что-то прикидывает. Я влила чуть больше, чем нужно. Пятнадцать минут. Это время, которое нужно выиграть.

– И что… часто ты тут бываешь?

– Заглядываю.

– Говорят, в этом клубе кого-то пришили.

– Не слежу за слухами.

– Странная ты какая-то, – замечает он. – Почему ты на меня вышла? Осам никогда раньше не говорил, что с тобой водится.

– А мы с ним и не знакомы, – сообщаю абсолютную правду. – Но у нас много друзей. Видишь ли… дружба – это полезно.

Он неловко ставит стакан на стойку, звук слишком громкий. В глазах появляется осоловелое выражение.

– Идем. Посмотришь товар.

Михи двигается на первый взгляд как обычно, но это дается ему все труднее.

Я маню за собой и завожу в даркрум. С каждой минутой он выглядит все более потерянным и медлит с тем, чтобы отойти от порога.

– Сейчас принесем все, что есть, – говорю я и слегка его подталкиваю.

На меня поднимают отяжелевший взгляд, реакции заторможены. Я захлопываю железную дверь и некоторое время смотрю на Михи.

– Эй… а это зачем? – заплетающимся языком вопрошает он.

– Мне так тебя лучше видно.