Все не так закончилось

Мы смотрели мюзиклы «Гамильтон» и «Красавица», прогуливались за руку по музеям. Филипп глубоко ценил искусство и давал мне содержательные объяснения редких и прекрасных работ Нью-Йоркского музея современного искусства. В наш последний день мы посетили Национальный мемориал и Музей 11 сентября. Поездка была чудесной, но мы могли находиться и в любом другом месте, и это было тогда неважно. Мы были по уши влюблены друг в друга.

Когда мы не могли быть рядом, наши дни были примечательны звонками среди поздней ночи и его хриплым голосом на рассвете.

Когда мы созванивались по «ФейсТайм», он всегда держал камеру так, чтобы я была прямо там, рядом с ним.

Так мы продолжали быть вместе. Филипп, разъезжавший по всему свету, был на одном конце, я в своей раскладной кровати в центре Канзас-сити – на другом.

Когда Филипп попросил меня взять пару дней отпуска в школе, чтобы провести небольшой отпуск в Кабо, я изо всех сил попыталась его отговорить. За исключением праздничных дней, я предпочитала не пропускать занятия.

Замена преподавателя сбивала преемственность, что неблагоприятно сказывалось на детях и подаче материала.

Уже наступил апрель, и мы приближались к нашей первой годовщине отношений. Филипп считал, что нам выпал подходящий случай отпраздновать эту дату.

– Мы могли бы отметить ее в Кабо, а потом снова в мае там же.

Мне было приятно, что он помнил о дате, поэтому я и согласилась.

В первый день мы лениво нежились на пляже. Я немного загорела и перепробовала слишком много коктейлей с симпатичными зонтиками.

– Не закрывай глаза, – сказал Филипп, ущипнув меня за руку. – А то все пропустишь.

Солнце погружалось в океан, растворяя свой пламенный оттенок в покрытой рябью воде и напоминая мне о том, что этот идеальный день подходит к концу, чему я совсем не радовалась.

Зазвонил телефон Филиппа, и он ответил, поскольку это была Элиза – его ассистентка, которая беспокоила его только в случае крайней необходимости.

– Не закрывай глаза, – передразнила я его, переворачиваясь на живот и подкладывая руки под голову.

– Соедини меня с ней, – сказал он резким голосом.

В тот светлый, спокойный момент, предшествующий грядущему сну, он потянулся ко мне, и по настойчивому жесту его руки я сразу же поняла, что что-то не так. Неожиданно я услышала в трубке голос мамы.

– Дорогая, я ни за что бы не стала тебя беспокоить, если бы это не было важно…

Ее голос дрожал, и я даже привстала. Солнце медленно садилось за моей спиной.