Твоя Шамбала

В этот момент он думал о том, что те десять минут дороги через темень леса показались ему вечностью, а теперь за секунду пробегают часы, которые уносят вдаль всё неимоверное количество его мыслей, и он никак не успевает за ними. Это были воспоминания о произошедших здесь два года назад событиях, и одновременно огромное волнение перед встречей с Муклаем, а может, даже и с дедом: «А вдруг мой сон был всего лишь сном, и дед ещё жив и встретит меня сейчас?» Также он вспомнил вокзал в Бийске, украденную сумку и деньги, Михаила, с которым их навсегда разлучила судьба в этих краях.

Мысли и воспоминания кружились в его голове, как торнадо, поочерёдно подводя к его взору отдельные картинки воспоминаний: «Как мне повезло встретить этого человека!» Штефан глядел на Виктора, стоявшего у забора и пытающегося успокоить лающую собаку.

Он почувствовал на себе чей-то взгляд, но не мог понять, чей. Виктора он видел совершенно чётко, тот стоял спиной к машине, и больше никого поблизости не было видно. Но он чувствовал присутствие.

Мощный взгляд, который говорил, не издавая звуков: «Я с тобой, но не забывай никогда того, что ты здесь впитал». Штефан повертел головой, повернулся и поглядел сквозь заднее стекло, пытаясь что-нибудь разглядеть в темноте. Но нет. Никого не было. Темень, и лишь на траве тусклые отблески отражённого от ворот света всё ещё светивших фар. Он собрался выйти из машины к Виктору и встретился взглядом с глазами, взиравшими на него с той самой иконки, которая теперь совершенно спокойно висела, распространяя вокруг силу своего покровительства и покоя. Подобное состояние Штефану уже приходилось испытывать, но тогда природа воздействовала на его сознание. А здесь… Здесь его сознание попало под энергетику, исходящую от малюсенькой, за небольшие деньги купленной в церкви иконки. Можно даже сказать, продукция массового производства, не рукописная и, скорее всего, не намоленная, а просто напечатанная промышленным способом картинка. Осознав, что взгляд действительно исходит от маленького образа, Штефан стал наполняться уверенностью в том, что всё правда, что он делает всё правильно и в нужное время. Он почувствовал прилив сил, и вновь услышал никем не произнесённые слова, которые он отчётливо слышал. Слышал он их не по-немецки и не по-русски, он просто слышал и понимал их сердцем: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесёт много плода».