Увидимся на крыше

Слух в такой форме у Мэри был не острее, чем обычно – хотя, конечно, лучше, чем у среднего человека. Зрение тоже, как ни странно, не особенно отличалось: тоже бинокулярное, тоже цветное, и довольно-таки острое.

А вот обоняние…

Ох, как же Мэри любила и ненавидела летать над городом!

Ароматы выпечки, специй, алкоголя, ягод и фруктов, духов – такие приятные и манящие, сочетались с нейтральными и терпимыми запахами ржавчины, штукатурки, бензина, тины, пыли. А иногда ее нос забивала нестерпимая вонь помоек, гари, курева, тлеющих покрышек и прочих гадостей – в крылатой форме гораздо более отчетливая и неприятная, чем в человеческой.

И предугадать, чем сегодня ночью будет пахнуть та или иная часть улицы, было почти невозможно: это зависело от времени ее полета, расписания работы ресторанов и расписания вывоза мусора, от направления ветра и от того, как давно был дождь.

Так что, каждый раз, когда Мэри «прогуливалась», одни и те же улицы представали перед ней в немного ином виде.

С интересом разглядывая вывески и подсвеченные окна потихоньку засыпающего города, она старалась запомнить, что где находится – а то ужас же, живет тут, и без карты не ориентируется!

Как-то раз Мэри так засмотрелась на девушку в просто восхитительном красном платье, что едва не столкнулась с пролетающим голубем. Ха-ха, как бы это было глупо, упасть на землю с высоты пяти этажей и переломать себе руки-ноги, из-за столкновения с каким-то дурацким голубем! К тому же, Мэри кровь пьет редко и вообще еще маленькая, по вампирским меркам особенно.

На регенерацию после такого падения у нее сейчас может и не хватить сил.

Тогда она бы рефлекторно обернулась «человеком», но с выпущенными клыками и когтями и страшно сильной жаждой крови, что, знаете ли, плохо. И для невезучих случайных прохожих плохо, и для совести Мэри, и для сохранения секрета существования вампиров. Это был бы такой бардак, пришлось бы срочно звонить родителям и все «прибирать», а самое ужасное, что им бы пришлось опять переехать! Мэри же только-только привыкла к новой школе, завела приятелей, и!.

.

Дернув головой, чтобы вытрясти из нее назойливые мысли, летучая лисица снова принялась усердно хлопать крыльями, поднимаясь повыше – а то что это такое, аж до второго этажа спустилась! Ее же так и ненароком зацепить случайно могут, и сфотографировать вблизи, непорядок.