Всеми частями тела. Визуальная поэзия

Место

Хорошо бы, чтоб было такое место,

Куда можно приехать, когда надоест всё,

И найти, просмотрев жизни даты,

Всё, что ты потерял когда-то:

Куклу в платье из розового сукна,

Попугая, вылетевшего из окна,

Во дворе – черепашку в миске

В Минске, мысли,

Ключи, очки,

Волос пучки,

Колпачки и крышки,

Номер из записной книжки,

Книгу, в центре торговом покупки,

Телефон тот, что выпал из куртки

Где-то… около дома в Марьино,

И расческу, конечно же, мамину,

Одноклассника имя и шутки,

Что погиб, когда ехал в маршрутке,

И прогулки, ногами как шаркали

С дедушкой в меховой шапке,

Время и колесо фортуны,

Детство… юность,

Стихи, записанные на обоях,

Встречи с тобою.

Просто печали вместо

Приехать в то место,

Полное красоты,

А там – ты.

Стоишь и ждешь, как и прежде,

С букетом помятым,

Потому что приехал в надежде

Встретить меня там.

Венеция

Разбежимся же, как ног поток… чтоб не выплеснуть, как кипяток… в лицо, гнев – в чемоданы пакуем бережно,

Как тряпье.

Чтоб остынуть, кофе холодный пьем… на набережных

В лучах солнца и ультрамарина.

В каждом доме – Христос распят. Развернемся же

у Риальто на сорок пять, как рыбный рынок.

После – плоть утешат жизни новые главы, язык – крэк, помидоры черри…

А сейчас – располземся, как тени от сувенирных лавок, как от пьяцца – мерчерии.

К необщим друзьям разлетимся, как к конвертам прилипшие марки.

Но сперва переклеим указатели до Сан-Марко

В нашу последнюю ночь, пока

Все спят.

Посмотрим, как уткнувшиеся в карты, как в плечо кого-то родного… будут искать выход из очередного… тупика.

Напялим смеющиеся венецианские маски, словно собственных чувств нет,

И ни один мускул лица не дрог-нет.

Кофе допит. Мерцающий вечер дожит.

Разойдемся же, как в коридорах дворца – дожи.

Расплывемся, как два катера, в противоположные,

Заменив очевидное на понятия ложные.

Будем считать, что каждый своего достиг.

Разорвемся, как сердце – на мине гор-дости.

Куба

«Время остановилось. Где-то в шестидесятых…»

Время остановилось. Где-то в шестидесятых.

Социализм, свобода… С чувством и непредвзято:

«Сорок девятого года, а все ещё, видишь, в форме», —

Выкурив важно трубку, гордо сказал шофер мне.

Ветхие закоулки, и каждый дом обшарпан.

На барахолках куклы смотрят легко и с шармом.

Стекла побиты в окнах и облупились стены.