Черные костюмы

как сухая щепа после молньи, как медленный расовый дуб

как сухие дрова и сухая листва

омертвелое дерево молния в лоб

а была ведь когда-то жива

и вода протекала

это все не вопросы ума, не предмет мастерства

как сухая игла, как сухая звезда волшебства

среди черного света гравера сухая игла гробовая игла

подними леденелого лба

о, возможна ли женщине мертвой хвала?

да, конечно, возможна и необходима

чтоб она понимала и там, что любима

……………………………………………….

а потом я устала всем говорить, что ты умер

по мобильному телефону

твоему с фотографиями

любимых мальчиков и девочек

и я его более не включаю

на звонки более не отвечаю

лежу только и плачу

вниз мордой

цыганской

……………………………………………

КАТУЛЛ ПРИТВОРЯЕТСЯ, ЧТО ОН ОРФЕЙ, И СПУСКАЕТСЯ В АД

В сущности, нет никакой преграды

Между миром живых и миром мертвых.

Это какая-то сильная заморочка,

Что эта преграда есть.

Вспомнить свои сны.

Мать стоит под окном,

Хочет вернуться назад.

Но твоя глупость и страх

Не позволяют ей

Войти в этот дивный дом,

В ее отцовский сад,

В сад ее мужа,

В ее мужской, мужеский сад.

В дом с садом, который

Сажали ее мужчины,

Сначала ее отец,

Потом ее муж, мой отец.

Там есть мое окно.

Оно выходит туда,

Где весною обычно цветет абрикос

Или под снегом полгода стоит.

Почему-то она

Просит меня впустить,

Как будто сама не могла,

Через мое окно.

Я говорю: входи.

Но еще не могу понять,

Почему она там стоит

И никак не может войти —

Оттого ли, что умерла?

И я не могу это принять?

И я не могу отворить?

Или думаю, что так и есть,

И ей не надо сюда?

Мне страшно ее впустить?

Тогда я была глупа.

Никак не могла решить.

Тогда я не видела призраков дня.

Тогда я не видела призраков ночи.

Только слышала слабые голоса

Когда отвлекалась в трамвае.

Тогда я не знала, что призраки здесь

Любимые мертвые на небесах

Одни упокоены, другие молчат

Вслепую

И смотрят, как русские после войны

С большим сожалением, будто больны

На нас

Солдаты

Их до?мы зеленые возле домов

Живых.

Как жатвы. Как жертвы. Как жабры, дышали.

Хотели дышать. Многоэтажные дети страны.

Мы были бессмертны, отважны,

Как русские дирижабли, в будущем сожжены

В высоких слоях атмосферы.