Ник и Ясмина

Никто не запретит ей говорить, и никто не помешает ей так на меня смотреть.

Мама демонстративно целует в обе щеки Саву и любезно интересуется его делами на работе.

– Выглядишь совсем не отдохнувшим. Может, еще поспишь? – Когда она говорит с братом, ее голос светится от нежности и любви.

– Все нормально, мам, – он лишь отмахивается и забирает из ее рук пакеты с продуктами. – Такие тяжелые, ты как их из машины дотащила-то?

– Обыкновенно, – она пожимает плечами, в упор не замечая моего присутствия.

– Нужно было позвонить, – вмешиваюсь я, – мы бы вышли и помогли.

Мама переводит на меня ничего не выражающий взгляд. Когда она смотрит в мои, так похожие на ее собственные глаза, я не нахожу на ее лице ни единой эмоции. Нет даже привычной ненависти или презрения. Сейчас ей на меня все равно. Исчезну, растворюсь в воздухе, убегу на другой континент или даже умру – маме будет плевать.

– А как тебе, – обращается она к Саве, вернувшемуся с кухни, – новая прическа сестры?

– Я в этом ничего не понимаю.

 – Брат старательно на меня не смотрит, он никогда не показывает ей, как сильно мы на самом деле близки. – Да и какая разница, это всего лишь волосы.

Мама театрально смеется и ласково трепет Саву по голове.

– Ты прав и ничего не понимаешь в таких вопросах. – Она широко улыбается. – Это тебе не в химии разбираться. Тут особую науку нужно знать.

– Это какую? – Я прекрасно знаю, что при Саве она грубить не станет.

– То, что ты меня об этом спрашиваешь, уже говорит о многом, – сквозь зубы отвечает мама.

– Например, о чем?

Сава быстро и незаметно для нее дергает меня за рукав блузки, тем самым призывая остановиться.

– Впрочем, неважно, пойду к себе. – Перед уходом я благодарно киваю брату.

Ее гнев всегда разгорается постепенно. Наши с мамой быстрые стычки лишь репетиция. Настоящая агрессия проявляется в те моменты, когда ее совсем не ждешь. Помню, как однажды подошла поздравить ее с днем рождения и получила звонкую пощечину за неправильно выбранный подарок.

Или как она позвала меня пройтись с ней по магазинам и на протяжении всей прогулки критиковала мой вкус в одежде. В другой же раз мама зашла ко мне перед сном подоткнуть одеяло, а в итоге в порыве злости вырвала у меня клок волос.

Но по-настоящему страшны не ее поступки, а то, что раньше я и правда считала себя их достойной.

В детстве я каждый раз мысленно пыталась ее оправдать.

Тебе стоило лучше подбирать для нее подарок.