Дом, который построил Джек

Лорд Джэк Рассел Ленгфорд был плотно сбитым человеком невысокого роста, коренастым, с темной от солнца кожей. Кристабель казалось, что он чувствует какую-то неловкость, хочет что-то сказать, но не решается, а лишь опять рассыпается в комплиментах, обещая незабываемое времяпрепровождение.

– Оскар, мисс Эванс, – наконец решившись, Ленгфорд взял мага под локоток. – Багаж сейчас отнесут в вашу комнату.

Криста дернулась, но вырваться не смогла – мужчина держал руку крепко.

Но тут наверху одной из двух лестниц появилась высокая девица в каком-то блеклом платье с бесконечными рядами оборок.

Она всплеснула руками и быстро сбежала вниз, едва не перепрыгивая через ступеньки.

– Я так рада, что вы наконец-то приехали! – вообще-то это должно было изображать щебет, но голос был слишком высоким, а сама молодая леди суетливой, возбужденной и нервозной. Она мазнула бесцветным взглядом по гостям, поправила серые пряди волос.

– Насчет багажа уже распорядились? – она забыла поздороваться, пожирая глазами своего жениха.

Тот величественно кивнул, соглашаясь и принимая как данность ее волнение. – Как жаль, что я не успела раньше. Вам уже показали ваши комнаты? Давайте, я вас проведу!

– Это мило с вашей стороны, дорогая невеста, – обронил Джошуа. – Надеюсь, комната не выходит на север?

– Конечно, – на бледной коже выступил лихорадочный румянец. – Позвольте ваш саквояж. Он же такой тяжелый!

И выхватила из рук жениха увесистую сумку.

– Осторожнее, – процедил Блек.

 – Это настоящая кожа бизона из Нового света. Дорогая вещь.

– Ах, непременно! Идемте же!

Она засеменила вперед, что-то тараторя о порядках, о прекрасном саде, где можно прогуливать, и что обязательно нужно покататься на лодках, а она очень хорошо умеет грести…

Эдуард пошел следом, посмеиваясь про себя.

Ленгфорд вытащил из кармана мятый платок, вытер круглое лицо и наметившуюся лысину в русых волосах, виновато блеснул карими глазами:

– Матильда так хочет замуж, бедняжка, что… – он обреченно махнул рукой.

А потом спохватился. – Но, право слово, как удачно, что я могу переговорить с вами наедине, прежде, чем знакомить вас со всем семейством…

Оскар молчал, ожидая, когда же иссякнет поток извинений и его знакомый перейдет к сути дела.

– Вы о чем-то хотели спросить, – напомнил барон Эрттон, выстукивая пальцами марш по навершию своей трости.

– Да, – тон его сразу стал еще более виноватым и жалостливым.