Дом, который построил Джек

За открытие с области анализа металлов вы были избраны членом Императорского общества. Потом математика и ваша теория множеств…

– Но это ж так давно было…

– Мне вот всегда интересовала, что же подвергает таких неординарных личностей на кардинальные смены интересов. Неужели в их метаниях не прослеживается логики и скрытого смысла? Вот теперь вы увлеклись историей, о которой ранее отзывались весьма нелестно.

– Я был не совсем прав.

– Так вот я хочу повторить вопрос: что вы тут делаете?

***

Кристабель остановилась у окна и перевела дух.

Оказалось, что отделаться от общества романтичной Шарлотты намного сложнее, чем разговорить ее.

Едва девушка пришла в себя, как она начала болтать. Сначала слабым голосом, потом все более увереннее. Глаза ее загорелись, на щеках проступили пятна лихорадочного румянца.

И остановить ее было невозможно.

Про невыносимость серости бытия.

Про поэзию и искусство, которое не должно отражать безрадостную действительность, но служить ее украшением, помогать отрешиться от скудности и скуки повседневности.

Про любовь тоже. Про то, как без чьих-то бездонных черных глаз невозможно прожить. И насколько это всепоглощающее и окрыляющее чувство.

Криста, честно говоря, устала это слушать. Она попыталась заткнуть поток словоблудия… То есть попробовала накормить слабую девушку куриным бульоном, который рекомендовал ей врач. Но та отказалась с не меньшим жаром, чем до этого момента рассказывала о предмете своей страсти.

– Как можно! – воскликнула Шарлотта.

 – Там же чеснок! И специи! Вы не представляете, как они плохо влияют на кровь!

– Никогда о таком не слышала, – леди Эванс понюхала ложку. Ничего крамольного не обнаружила. Даже наоборот, прозрачная жидкость была ближе к воде, чем к бульону. – В кого же вы влюблены?

Не то чтобы ей было это интересно, но любопытно. Не в мистера же Брауна, который ничего, кроме своих артефактов, не видит. И не в жениха сестра, о нем она уже выразилась не весьма лестно. Но кто бы то ни был, скорее всего, именно к нему девушка и ходит почти каждую ночь.

Сегодня точно не пойдет, слишком слаба даже для того, чтобы просто встать с постели.

– О, – оживилась Лотта. – Он необыкновенный. И….

Но имя не назвала.

Разве только, что семья не будет в восторге, если узнает об этой связи.

И Кристабель их понимала!

Наконец, она смогла оставить больную наедине с грезами.

Но до своих апартаментов леди Эванс не дошла. Ей было жутко интересно, что же передала Миранда.