Тебе не поймать меня

Жутковатое место, в котором никогда не оставляли зажженных светильников. Лампы с завидной периодичностью ломались. Стелла говорила, что кристаллы обогрева тоже постоянно выходили из строя. Даже простые модели музыкальных шкатулок барахлили, выли и скрипели. Сейчас же через высокие окна на паркет лился лунный свет. Со стен в золоченых рамах смотрели люди в придворных нарядах и золотых цепях. Никогда не любила здесь находиться. Всегда старалась быстро пробежать мимо.

Вдруг кто-то опалил шею дыханием, схватил за плечо, развернул, закрывая рот рукой.

Я чуть не вскрикнула от неожиданности.

– Тише, леди, это всего лишь я.

Где-то я подобное уже слышала… Сейчас я смогла тихо угукнуть. Потому что слов нет. Есть испуг в сердце и дрожь в коленках.

– Вы, вижу, счастливы меня видеть.

Опять выдавила очень информативное «угу». Ног под собой не чую от положительных эмоций!

– Но Сиреневая гостиная на первом этаже. Вы не заблудились?

Помотала головой. Заодно освобождаясь от ладони на лице.

– Но я рад, что вы уже здесь. Пройдемте.

И потащил меня к кабинету Ларкинса. Дверь была заперта магическими печатями, которые не стоило срывать до оглашения завещания. Но граф следовал законам только если ему это было выгодно. Он присел на корточки перед замочной скважиной и замер. Если бы я обладала капелькой волшебной силы, могла бы увидеть и узоры заклинания, и то, как меняется плетение под руками мага. Но я бездарна. Поэтому только наблюдала легкое мерцание глаз, цветные всполохи под пальцами мага да краем уха ловила тихое бормотание.

А потом я опомнилась и начала задавать вопросы. Самые актуальные, конечно же!

– Вы как сюда попали?

– Как мы и договаривались: через окно.

А кто мог его впустить внутрь?

– Вы впутали в это Лауру?!

Джеремайя поморщился:

– Леди, ваша сестра давно выросла. И при всех несомненных достоинствах, ей будет неинтересно копаться в вещах покойника.

Маг толкнул дверь и сделал приглашающий жест:

– Прошу!

Когда мы вошли и задернули плотно шторы, я включила свою лампу и смогла как следует рассмотреть наглого мужчину и его наряд.

Любитель идеально пошитых сюртуков, безупречных жилетов и шелковых шейных платков ныне щеголял в поношенной куртке, брюках неясного цвета и в каком-то лихом берете. Дело не в том, что он плохо выглядел – хорошо тренированное тело не спрятать, но вид он имел как … какой-нибудь разнорабочий!

Джеремайя словил мой взгляд и пояснил.