О мышах и людях. Квартал Тортилья-Флэт (сборник)

Ленни смотрел на нее как завороженный.

– Если я его увижу, то скажу, что вы его искали, – проговорил Джордж.

Она лукаво улыбнулась и качнулась вперед всем телом.

– Что ж, мне его уж и поискать нельзя? – сказала она.

Позади нее раздались шаги. Она обернулась.

– А, Рослый, здравствуй, – сказала она.

За дверью послышался голос Рослого:

– Здравствуй, красуля.

– Я ищу Кудряша.

– Ну, не очень-то ты стараешься его найти. Я видел, как он пошел домой.

Она вдруг забеспокоилась.

– Пока, ребята, – бросила она через плечо и поспешила прочь.

Джордж посмотрел на Ленни.

– Господи, ну и штучка, – сказал он. – Так вот какую супружницу выбрал себе Кудряш.

– Она хорошенькая, – вступился за нее Ленни.

– Да, и, конечно, не прочь этим попользоваться. У Кудряша еще будет с ней хлопот полон рот. Провалиться мне, ежели ее не сманят за двадцать долларов.

Ленни все смотрел на дверь, возле которой она только что стояла.

– Ей-ей, она хорошенькая.

Он восторженно улыбнулся.

Джордж быстро взглянул на Ленни и сильно дернул его за ухо.

– Слышь, ты, дурак полоумный, – сказал он со злобой. – Не смей даже глядеть на эту суку. Что бы она ни сделала и что бы ни сказала! Я видел чертову пропасть этих паскуд, но этакой подлой шкуры еще не видывал. Держись от нее подальше.

Ленни попытался освободить ухо.

– Я ничего не сделал, Джордж.

– Известно, не сделал. Но когда она стояла у двери и выставила напоказ свои ноги, ты не отвернулся.

– Я ничего плохого не думал, Джордж.

Честное слово, не думал.

– Так вот, держись от нее подальше, потому что через нее в два счета пропадешь, если я вообще чего-нибудь смыслю. Пускай Кудряш отдувается. Он сам виноват. Перчатка с вазелином! – сказал Джордж презрительно. – Я уверен, он и сырые яйца глотает да выписывает по почте всякие патентованные снадобья.

– Мне здесь не нравится, Джордж! – воскликнул вдруг Ленни. – Это плохое место. Я хочу уйти отсюда.

– Ничего не поделаешь, Ленни. Надо обождать, покуда денег не заплатят.

Мы уйдем, как только можно будет. Мне самому здесь нравится не больше, чем тебе. – Он вернулся к столу и снова стал раскладывать пасьянс. – Нет, не нравится мне здесь, – сказал он. – И я сам убрался бы отсюда с превеликим удовольствием. Вот только сколотим сколько-нибудь деньжат, и непременно уйдем, доберемся до верховий Миссисипи и станем там золото мыть. Может, будем тогда зарабатывать по нескольку долларов в день и набьем себе карманы.