Дома не моего детства

Соня залилась краской:

– С чего ты взяла?

– У нас тут слепая только мама, – усмехнулась Гинда. – Сколько уже?

– Четвёртый месяц.

– Хорошо-то как! – заулыбалась Ханна.

– Чего хорошего, мама? – Гинда опять стала закипать. – Скажите ещё: «Ай, Сеня-умничка!» Они, конечно, хорошо живут, но куда ей третьего с её Сеней? Он же тот ещё лэмэх[34 - Увалень (идиш).] и болтун.

– С чего ты взяла? – расстроилась Соня. Сестра, какой бы она сварливой ни казалась, любила её, можно сказать, вырастила, в жизнь вывела.

И если уж Геня говорила что-то о людях, то это были не пустые слова – значит, она что-то знает.

– Значит, знаю, – не стала вдаваться в подробности Гинда. – Одно тебе скажу: болтает он много и про свои дела, и про начальство. А нынче времена непростые.

– Да откуда ты знаешь?! – не выдержала Соня. В глазах у неё заблестели слезы. – Ты даже газет не читаешь.

– А зачем мне их читать? – удивилась Гинда. – Вон ты читаешь, а всё равно ни черта не понимаешь. Ладно, не расстраивайся, Сонечка, если что случится не так, не оставим, поможем, – притянула сестру к себе вместе со стулом, обняла.

Сильная была Геня, даром что маленькая, крепкая была. Ханна говорила: «Стожильная».

Ханна встала со стула и, касаясь края стола, подошла к дочерям, положила правую ладонь младшей на живот, подержала полминуты, потом удовлетворённо кивнула и сказала:

– Дочка будет.

– Ой! – вскрикнула Соня. – Сеня меня убьёт. Он сына хотел.

– За сыном пусть в приют идёт, – сказала Гинда.

– Зачем мне чужой? – всхлипнула Соня.

– Соня, ты дура, – беззлобно сказала Гинда – У тебя вот третий ребёнок будет, а ты всё ещё бестолковая. Пошутила я. Никуда твой Сеня не денется: на что старался, то и получил. У меня вон тоже две девочки. Девочки – это хорошо. Когда мальчиков много рождается, тогда война случается.

– Ты откуда знаешь?

– Люди говорят. Люди – это тебе не газета. Так зачем всё-таки пришла?

Соня ничего не ответила, прошла к дверям, сняла с гвоздя ридикюль, который там оставила, когда входила.

Из ридикюля достала какой-то бумажный свёрток и подала его Гинде.

– Что это? – удивилась Гинда.

– А ты разверни.

На Гинду накатила тёплая волна. Так бывало, когда она в какой-нибудь подворотне брала деньги за дефицитный товар. Могли обмануть: сбежать с товаром, а вместо денег «куклу» подсунуть – бывало такое, и не раз. И всё же самое плохое случалось, когда милиция накрывала. Гинда слышала про такие «случайности».