История одного землетрясения

– Беги, – сказал следователь и подал знак охранникам. Один из них грубо ударил прикладом Роберта в спину, и тот свалился в кювет. Охранники вскинули автоматы в ожидании приказания.

– Беги, сукин сын, – повторил следователь и направил пистолет на Роберта.

– Стойте, – сказал Роберт. – Не надо… Улица Шираза, восемь…

Следователь посмотрел на своего коллегу. Тот ухмыльнулся ему, достал из кармана десять рублей и протянул первому следователю. Первый следак взял купюру и сказал Роберту:

– Молодец, а то я червонец бы проиграл.

Он подошёл к «Волге» и поднял трубку телефона оперативной связи.

– Мы едем на улицу Шираза, восемь, как поняли?

Получив ответ, он повесил трубку:

– Едем. Грузите его. Только не дай Бог, если ты сказал неправду – разговоров больше не будет.

Все расселись по машинам и двинулись в город.

10. Самолет над городом

Утро 7 декабря 1988 года, за восемь минут до Событий

Салон самолёта. Звучит голос бортпроводницы.

– Уважаемые пассажиры! Наш самолёт совершает посадку в аэропорту города Ленинакан.

Просьба: приведите спинки кресел в вертикальное положение, пристегните ремни и уберите лишние предметы.

Альберт пристегнулся и прильнул к иллюминатору. Он улыбался и с любовью рассматривал внизу крыши домов.

– Вы давно не были дома? – неожиданно спросила женщина, сидевшая рядом.

Альберт обернулся.

– Год, – застенчиво ответил он. – Я в Сибири работаю. Очень соскучился.

– А кто у вас здесь?

– Жена, дочь и внук. Ему скоро семь. Он в школу пошёл.

А я не смог прилететь на первое сентября, – Альберт снова посмотрел в иллюминатор. – Это мой родной город.

11. Парикмахерская

Утро 7 декабря 1988 года, 10:35,за пять минут до Событий

Салон парикмахерской, небольшой, на два кресла и уголок с диванчиком для ожидающих. В зале только один парикмахер Сеник, мужчина лет сорока пяти, немного полноват, с добродушным круглым лицом.

В кресле сидит пожилой человек – пришёл побриться. Сеник накрыл его грудь белым матерчатым фартуком и завязал узелок на шее.

– Поздновато ты сегодня, дядя Ваче, – сказал Сеник.

– Вчера до двух не спал, давление. Футбол смотрел? – проворчал Ваче.

– Да, конечно. Но скажу тебе, «Арарат» сейчас не тот.

– Отборочная игра, скажи, как можно было так играть, – с досадой произнёс Ваче.

– Да. Без Хорена Оганесяна будет трудно. Всё-таки несправедливо с ним поступили, – сочувственно произнёс Сеник.

– Хорен – футболист от Бога. А кто об этом подумал? Никто.