Роман в мыслях о любви

И вот прямо сейчас, перед этой красавицей из прокуратуры, изображаю на лице боль нечеловеческую и муки душевные, оскорбленного и униженного избиением. А как иначе, если напали на ни в чем не повинного человека. Можно сказать, чуть жизни не лишили.

Такое впечатление, что этот товарищ играет. Очень уж ярко на его лице проступает боль физическая. А может и на самом деле ему больно? Вот только глаза смотрят спокойно и внимательно. Нет в них ни боли, ни страдания. Обычный взгляд мужчины, заинтересованного женщиной. Ладно, с этим я попозже разберусь.

Его показания для меня не такие и важные. Сейчас главное собрать показания независимых свидетелей. Так сказать, увидеть картину глазами посторонних. А уж потом задать конкретные вопросы, как этому пострадавшему, так и хулиганам, напавшим на него. Что то мне в этом деле не нравится. Обычным хулиганством интересуется начальник следствия. Да и вообще, не понять, почему мы этим занимаемся, а не районный отдел полиции?

Следователь прокуратуры Волконская Александра Андреевна.

Вот так: не больше и не меньше. А по другому и быть не могло. У такой благородной красавицы, родовые корни обязаны быть дворянскими. Потупив глаза, почти шепчу, вернее представляюсь: Дубровин Кирилл Викторович. И мне очень плохо как физически, так и морально. А разве может быть хорошо избитому хулиганами человеку. И моя благородная собеседница, как и положено столбовой дворянке, очень тактично просит у меня разрешения задать несколько вопросов. Но красота красотой, а своя рубашка ближе к телу. Так что слегка разочаровываю красавицу. И очень нежно и тихо шепчу, что пока нечем не смогу помочь нашему российскому правосудию. Самому честному и гуманному в Мире. В глазах темнеет постоянно и голова начинает раскалываться от боли, едва пытаюсь сосредоточиться на чем то очень важном. А как иначе, у меня же сильнейшее сотрясение головы. И даже возможно не сотрясение, а ушиб головного мозга. Милая женщина ни на чем не настаивает, но очень дружески предупреждает, что моя забывчивость может сыграть со мной плохую шутку. С каждым днем мое положение ухудшается с точки зрения закона. И она рекомендует найти мне хорошего адвоката. На прощание клянусь и божусь, что как только полегче станет, я сразу помогу следствию. А легче мне станет буквально на днях. Ведь уколы делают каждые четыре часа, а капельницы три раза в день. Мне так хочется продлить свое общение с красивой женщиной, и я прошу ее разъяснить зачем мне нужен адвокат. Ведь я пострадавший.