Жизнь в кавычках. Роман

«Живы!!!» – закричал Натан, он подбежал к ним троим, обнял их и заплакал от счастья, что они пережили такой чудовищный налёт. Вокруг было много раненых и убитых. Все, кто мог, сносили мёртвых на обочину железной дороги всех вместе, не искали их документы, не было времени, самолёты могли вернуться в любое время. Наскоро вырыли подручными средствами небольшое углубление, использовав канаву, идущую вдоль железной дороги, стащили туда погибших людей, присыпали и утрамбовали землю, чтобы звери не потревожили мёртвых.

Вытащили верстовой столб и поставили его вначале могилы.

Оказалось, что машинист был ранен в левую руку, помощник был здоров, ему пришлось работать и за машиниста, и за кочегара. Война…

Паровоз дал гудок, чтобы предупредить всех об отправке, бегом все бросились по своим несколько освободившимся вагонам. Состав отправился дальше, главное, чтобы хватило угля: ведь во время обстрела паровоз выпускал пар, как бы закрывая обзор самолётам. Разместившись поудобнее, всё семейство прижалось друг к другу, начали рассказывать, как всем было страшно во время бомбёжки: необходимо было выговориться после пережитого, Натан и Хая целовали детей, гладили их по головам и приговаривали: «Всё будет хорошо, пока мы вместе!» Они очень горевали по погибшим детям, но не показывали вида девочкам, чтобы не расстраивать их ещё больше, ведь им пришлось пережить такой ужас…

Паровоз равномерно гудел, проезжая маленькие станции, но делал это с какой-то осторожностью, как будто боялся спугнуть ночной покой.

Натан и Хая говорили между собой о том, что же делать дальше, в каком направлении более безопасно бежать от войны, пока они ехали в сторону Полтавы, а что же дальше? Натан нежно гладил Хаю по руке, целовал её руку, от этого ей становилось более спокойно, она чувствовала большую поддержку мужа, ей было не так страшно за детей, она надеялась, что всё будет хорошо. Они задремали, тем более, что, Хая сделала Натану укол и он почувствовал себя получше, но пережитое потребовало увеличить дозу. Приближалось утро, что их ждало впереди?

Состав остановился, и народ начал выходить из вагонов, среди ехавших оказалось много скончавшихся от ран после последней бомбёжки, снова собрались все вместе и занялись похоронами погибших. Их похоронили в одной большой общей могиле, снова не было никаких фамилий, так безымянными они и упокоились. Только дощечка от разбомбленного барака напоминала о том, что здесь лежат жертвы войны.