Противостояние-2: на краю смерти

– Раздевайся, – командую я, и она послушно снимает с себя одежду.

Вынимаю из брюк ремень и туго затягиваю на ее запястьях, настолько туго, что он врезается в кожу, толкаю ее на ковер, целую так, что на шее и груди появляются синяки, хочу, чтобы на ней остались отметины, мои отметины.

– Будет жестко, – предупреждаю я, отчего ее глаза расширяются, и в них появляется страх. Я не собираюсь причинять ей боль, но ее реакция меня заводит. Небольшой стресс пойдет ей на пользу.

Я переворачиваю ее на живот, хватаю за волосы и опускаюсь сверху.

– Аааа… Дэвид, – стонет она, когда понимает, что я собираюсь сделать. – Аааааа… – она слегка морщится и хватает ртом воздух. Я целую ее в шею, чтобы отвлечь от неприятных ощущений.

– Опытная девочка, – увеличиваю ритм, наблюдая за ее реакцией. Она громко стонет, цепляется пальцами за ворс на ковре и покрывается мелкими капельками пота. Я двигаюсь еще быстрее, знаю, что она выдержит. Карен дрожит и начинает всхлипывать, но не от боли, а от переполняющих эмоций. Продолжая держать ее одной рукой за волосы, другую опускаю вниз.

– Хорошая девочка, ты заслужила удовольствие, – я ласкаю ее пальцами, и она быстро достигает оргазма.

– Карен, Карен, – зову я, когда все закончилось, но она не откликается. Я убираю волосы с ее лица. – Детка, – поглаживаю по щеке.

– Ууу, – произносит она, поворачивается на бок и подгибает под себя колени. А еще говорят, что мужчины засыпают сразу после секса. Я беру ее на руки и отношу в спальню.

– Спи, малышка. Ты моя, только моя.

Утром Карен выходит на кухню, но не садится за стол, а стоит и обиженно смотрит на меня. Мне становится смешно.

– Смотришь, как девственница после первой ночи, – мне нравится, что мой смех ее раздражает.

– На улице невыносимая жара, а мне придется неделю ходить в водолазке.

Я подхожу к ней, беру за руки и целую запястья.

– Не преувеличивай, – следы остались, но они пройдут за пару дней.

Карен сверлит меня взглядом, и я снова смеюсь.

– Не злись.

Затем беру ее за подбородок, запрокидываю голову и с серьезным выражением смотрю ей в лицо.

– Я знаю, что ты делала это с ним. Ты много чего делала с ним, но, не дай бог, тебе захочется повторить.

Я наклоняюсь к ее уху, понижаю голос и красочно описываю, что сделаю с ней и Мэтьюсом. Она не побежала к нему, значит, хочет быть со мной.

– Я же сказала, между нами все кончено. Я с тобой, – она смотрит на меня с испугом, не понимая, насколько далеко я могу зайти в порыве ревности.