Бабка

Того, кто создал этот мир и бабу Настю, и Анисью, и даже Варьку, и она, Вика, является его маленькой частичкой, совсем крохотной, которой он никогда не причинит вреда.

Громкий вопрос, короткий и точный остановил Вику посередине поля.

– Ты принимаешь в себя силу великую, нераздельную, во имя всего существующего на этой земле и за ее пределами?

Мягкий елейный голос сразу приковал к себе внимание.

– Да, да, – без тени сомнений быстро ответила Вика, вспоминая Варькин хохот и горячие пятки.

Елейный голос продолжил:

– Да будет так, как сказано.

Случится так, как обещано.

Душою с тобой мы связаны,

В светлой и темной вечности.

Будет служить рука твоя Свету, совершая благо и не желая зла.

Будет обращаться сердце твое к Тьме там, где Свет бессилен, и не желать зла.

Будут глаза твои видеть жизнь и то, что за ней, и не желать зла.

Будет твой рот говорить то, что неведомо другим, и не желать зла.

Издалека раздался Варькин щелчок языка и тут же утонул в росе под ногами Вики.

Поле и следы, по которым она шла, пропали. Вика на мгновение зависла над бесконечностью, а потом вздрогнула и обмякла, как после сильного толчка.

Каждой клеткой своего тела теперь она чувствовала связь с этим полем, с каждой росинкой, с каждым следом. Елейный голос что-то продолжал говорить о Боге, о ведьмах, о силах, о тайне жизни и смерти и постепенно становился приглушенным жужжанием на фоне звенящей тишины. Казалось, в мире больше нет никаких других звуков, кроме этого.

Вика увидела себя со стороны – красивую, юную, с чистой кожей.

Резкий поток тягучего воздуха подхватил Вику. Внезапно левая нога ушла вниз, и девушка увидела мать и бабу Настю.

– Анисья, – на полу появилась серебристая полоска света, и Вика протянула руку к матери, еле удержавшись на ногах.

Та тут же догадалась, о чем просит дочь, и достала книгу.

Сама не понимая, как это происходит, Вика нашла нужную страницу и начала читать молитву.

Чем больше Вика читала, тем шире становилась серебристая полоска света на темном полу.

Баба Настя сидела на стуле, засунув руки между колен, покачиваясь и наклонив голову, как человек, который молится.

Вика читала совершенно незнакомые слова и сразу понимала, о чем они. Видела, как звуки разлетаются тонкими легкими пушинками, а потом оседают на серебристую полоску.

Анисья мелькнула над этой полоской легко и быстро, приковав взгляды всех троих.