Бабка

 – И зачем я вообще на эту работу пошел?

– Так, подожди паниковать раньше времени, давай, садись, расскажи каждую деталь, которую помнишь.

У печки что-то завозилось, и Сергей вздрогнул.

– Ничего, это мыши, иди туда, садись и рассказывай еще раз, – Вика показала рукой на короткую шаткую скамейку у печки.

Парень вздохнул, сел на скамейку, и пальцы сами забегали по его коленям.

– Меня отправили на отбор проб на пилораму. А она совсем рядом с кладбищем. Я же не знал, что так получится, – поднял он красные глаза на Вику.

 – Мне надо было отпилить небольшой кусок от доски какой-нибудь, но самый неказистый, где жуки могли быть.

Я везде посмотрел, деревяшки чистые, а одна доска как бы отдельно ото всех валялась, наполовину на могиле, наполовину на лесопилке. Рабочие сказали, просто свалилась. Доска была какая-то не такая, почерневшая, внутри разъеденная. Я и подумал, что от нее образец отпилю, и наши в лаборатории точно жуков каких-нибудь карантинных в ней найдут.

А нам после каждого такого обнаружения премию выплачивают.

Вика услышала белый шум в голове и поняла, что Большак хочет что-то сказать. Она поднесла указательный палец к своим губам, показывая Сергею, чтобы тот замолк, и на пару секунд закрыла глаза.

– Ты когда кусок от доски отпиливал, разрешение спрашивал? – Вика открыла глаза и склонила голову вбок.

– У кого? – круглыми глазами смотрел на нее гость.

– Все понятно. В чужой дом пришел, чужую вещь забрал, да еще и подарков не оставил.

Давай так сделаем, я еще ночью посоветуюсь тут кое с кем, как лучше сделать, а утром пойдешь на лесопилку и сделаешь, как я скажу.

– А сейчас мне куда? До города пока доеду и обратно, уже утро и будет. И боюсь я очень этих ночей, – парень печально посмотрел на молодую ведунью.

– Ладно, оставайся у меня до утра. Но спать вон там, – Вика показала на старую потертую раскладушку, выглядывающую из-за угла маленькой комнаты, подходящей по размерам под кладовку.

Вика не подавала виду, что нервничала. Это было первое серьезное обращение к ней человека, страдающего от козней потусторонней сущности. Как вести себя и что делать, в теории она уже знала, Большак рассказал, да в тетрадях Анисьи кое-что нашлось. Но если что-то пойдет не так?

Сергей лежал в одежде на раскладушке и прислушивался. Ссохшиеся гнилые половицы в доме поскрипывали под чьими-то тяжелыми и бесшумными ногами.