Бабка

Девушка зажмурилась и беззвучно заплакала.

В подполе что-то убедительно загрохотало. Потом опять, громко так, трясуче, будто били кого-то с размаху, швыряли, прямо как в кино. Вера вжалась в раскладушку, поджав ноги, обхватила их руками и смотрела на Вику. У Вики внутри сначала ухнуло, потом стало прохладно.

Жаль Большака, это ж он сейчас там внизу страдает, а Вика помочь не может, надо средство для девушки искать. Неожиданно для Веры Вика запела, тихо так, протяжно, а может, и не запела, может, это заговор такой был специальный.

Потом она замолчала, а песня все продолжала звучать в голове у Веры, и в комнатах, и на лестнице, и в погребе. Скоро возня прекратилась. Вика взяла свечку и полезла в погреб. Нужная ей вещь хоронилась там.

Рано утром Вика разбудила Веру, поставила перед ней чай с какими-то травами, положила бутерброд и велела поторопиться.

Ничего не объясняя, думая о своем колдовском и периодически перешептываясь с кем-то невидимым, только перед самым входом в квартиру Вика попросила Веру открыть дверь, дала ей в руки мел и велела нарисовать большой круг.

Как только круг очертился, тени на стене засуетились, и раздался шепот, который на этот раз Вика тоже услышала, нервно закрутив головой.

Тени забегали по пустым стенам, замелькали, будто рыбы под толстым льдом на реке. Шепот постепенно переходил в негромкий многоголосый гул на незнакомом языке. Прямо из стены к кругу полезла самая темная тень с зелеными точками, напоминающими волчьи глаза.

Полезла и с шипением остановилась у белой дуги.

Вика вошла в круг к Вере, встала рядом и достала нож. Он сразу же стал ярким, и Вера разглядела блестящую режущую кромку, резную ручку, обхваченную медными кольцами по краям, и неизвестные буквы на рукояти.

Вика взяла Верину ладонь, раскрыла ее и вложила нож. Начала чертить в воздухе пальцем буквы, похожие на те, которые виднелись на рукояти. От этого буквы на ноже коротко загорались, как проволочки в старом обогревателе со спиралью.

Полыхало все чаще и больше. Вера щурилась, закрывала глаза, но черные следы от вспыхивающих букв через веки кружили ей голову.

Слезы на Викиных глазах дернулись и скользнули вниз, растаяв на губах. Ощущение невыносимой боли и ненависти, живущее в Вере и подвластное вызванным бесам, а также необходимость избавиться от них во что бы то ни стало, заставляли Вику верить в то, что все получится. Потому что иначе… Нет, иначе и быть не может. Все получится.