Противостояние 3. Искупление

– Младший брат, – с пониманием произносит она. – Я не раз ругалась с Риком. Мы даже дрались, но это не значит, что мы не любили друг друга. Так жаль что последние годы, проведенные с семьей, практически стерты из памяти, – она замолкает. – Надеюсь, я все же смогу вспомнить прошлое.

Хочется пожалеть ее утешить подержать.

– Иди ко мне.

Карен придвигается ближе и кладет голову мне на грудь.

– Детка, если бы я мог тебе помочь…

***

– Ааааа, с ума сойти. Я сразу не поверила, – Лина с криком врывается в мою квартиру и набрасывается на Карен, заключая ее в объятья.

– Лучшая подруга, – поясняю растерянной Карен.

– Мог бы и раньше сообщить, – высказывает она мне.

– Ты только вчера прилетела.

– Мы с Эштоном отдыхали в Японии, но об этом позже. Как ты? Как так вышло? Дэвид толком ничего не объяснил.

– Это ты не поняла. Оставлю вас одних.

После визгов и объятий ухожу в кабинет поработать и оставляю их в гостиной. Какая работа? Через пять минут слышу громкие восклицания Лины.

– Как это заниматься сексом, словно в первый раз? Адреналин наверно зашкаливает. Мы с Эштоном почти три года вместе, если честно становится скучно, да и он разленился. Может замутить с ним такую игру, типа я ничего не помню, и пусть старается.

– Лина, мы не… мы всего неделю как прилетели.

– Вы что еще не спали? Ты по нему сума сходила. Вы разве что на потолке этим не занимались.

– Я его не помню. Он для меня чужой человек.

Фраза Карен больно кольнула. Я закрыл дверь в кабинет и попытался сосредоточиться на работе.

Может хоть после общения с Линой она станет более раскрепощенной.

После ужина подхожу к ней, кладу руки на плечи и зарываюсь лицом в ее волосы.

– Ты так вкусно пахнешь, – Карен замирает с тарелкой в руке.

– Я приготовила на десерт блинчики. Будешь?

– На десерт я бы предпочел тебя, – чувствую, как мурашки пробегают по ее коже, веду пальцами вниз по плечам, она всеми силами пытается не выдать свое возбуждение. Как же я хочу усадить ее на стол, оказаться между разведенных бедер, почувствовать насколько она, горячая, мокрая, готовая.

Разорвать ее блузку и не отрываться от груди, целовать, ласкать языком, заставляя изнывать от возбуждения и громко стонать. Одним рывком оказаться внутри, почувствовать ее пульсацию, получить разрядку, когда она будет дрожать от накрывающего ее оргазма.

– Дэвид, ты обещал, – Карен чувствует, как я возбужден, снова сжимается в комочек и закрывается от меня.