О тебе и обо мне. Рассказы

Женщина, объяснившая это, гортанно крикнула что-то мальчишке, путавшемуся под ногами, и он, схватив Розу за подол, потащил непонятливых русских в нужную сторону.

У офиса полиции они увидели плачущего лохматого, с седыми висками, похожего на теплого мишку Хосика в обнимку с дамской сумочкой. Он напрасно прождал свою любовь все утро. Обнаружив сумку, понял, что подруга осталась ни с чем, и отправился в полицию с заявлением о пропаже.

– Как это романтично! – сказала Роза, смахнув слезу.

Виолетта, повиснув на шее у Хосика, целовала его так, как целуют, наверное, космонавтов их жены после долгих месяцев на орбите.

Так находят свою любовь.

А навстречу Розе шел чумазый и улыбающийся Давид с охапкой ирландских роз. За ним еле поспевал такой же лохматый и весь в репейниках щенок, крошечный пуделек.

– Я сделаю что угодно, чтобы быть рядом с тобой, – сказал Давид. – Познакомься, это Дурень-младший.

* * *

Все герои этой истории до сих пор живут в самом прекрасном месте на Земле и никогда не перестают улыбаться.

Давид устроился водителем автобуса. Ему нравится новая работа.

Виолетта вдруг увлеклась написанием рассказов, которые пользуются неимоверной популярностью у местных. Эти женские истории настолько маленькие и лаконичные, что умещаются на небольших открытках, их легко читать и посылать по почте. Свадьба Виолетты с Хосиком была самой трогательной из всех, что праздновали в этом городе.

Роза забыла про больные суставы, открыла небольшое ателье с видом на море и шьет для маленьких инфант платья с кружевами и пуговками, лентами и оборками.

Дурень-младший встречает и провожает клиентов. И не получает сладкого – собакам это вредно.

Ежи-инопланетяне

Зинаида Викторовна тайно любила братьев Стругацких. В молодости она почему-то не жаловала фантастику а в возрасте постарше начала читать запоем, но близкому окружению признаться не могла. Ей казалось, что ее друг профессор Иннокентий Степанович захлебнется в своем академическом юморе, потешаясь над сменой ее пристрастий.

Он и так все время намекал на то, что ей пора бы перейти на бульварные истории. Зинаида затаила на него обиду, но виду не показывала. Для себя решила, что никто не вправе указывать ей, что читать.

В школе, где она долгие годы преподавала историю, ее любили и немного побаивались. Она не знала, но надо бы вам сказать, что было у нее прозвище Фрекен Бок – за выдающиеся формы, высокий рост и огромный пучок волос на голове, который она сооружала каждое утро.