«Три сестры». Драма мечтаний

Но уже в начале пьесы очевидно, что труд не просто не приносит Ольге никакой радости, но что служба ей совсем не по душе.

Не по душе настолько, что благовоспитанная добрая учительница может говорить лишь о том, как она сердита на девочек, своих учениц. Очевидно, что они её раздражают. Ольга во время именин произносит знаменательную фразу: «Вот сегодня я свободна, я дома, и у меня не болит голова, я чувствую себя моложе, чем вчера».

Получается, что труд связан для неё с головной болью и ощущением старости, а свобода (то есть возможность остаться дома) – с хорошим самочувствием.

И тогда закономерна следующая фраза: «Всё хорошо, всё от бога, но мне кажется, если бы я вышла замуж и целый день сидела дома, то было бы лучше».

В этом признании поражает не само стремление быть замужем, иметь семью, вполне понятное для барышни 28 лет эпохи конца XIX века. Но то, что для Ольги замужество – это единственно законное основание целый день сидеть дома. И что так для неё «было бы лучше».

По сути, Ольга, Ирина и Андрей находятся в томящем ужасе – жить как прежде, при отце, заведенным им порядком, уже не получается.

Но как жить своей волей – им неведомо. Машу эта тоска, по-видимому, настигла раньше, вскоре после замужества.

Казалось бы, их должны поддерживать необыкновенные знания, отличающие от жителей провинциального города. Более того, оно должно давать им уверенность в своем будущем – отец обеспечил им не только достаток, но принадлежность к образованному сословию. Круг образованных людей, с которыми Прозоровы могли бы водить знакомство, не так уж мал.

Семья живет не просто в провинциальном, но губернском городе.

В крупных провинциальных городах России конца ХIХ века культурная жизнь была довольно насыщенной. В городе обязательно был театр, который сдавали антрепренерам, летом гастролировали столичные актеры, организовывались кружки, библиотеки, ставились любительские спектакли, издавались газеты.

Конечно, иногда такая деятельность граничила с дилетантизмом от культуры и просвещения, была просто любительщиной.

Но. судя по мемуарам, жизнь в таких городах, как Казань, Одесса, Пермь, Харьков, Томск, Иркутск, Ярославль, совсем не была мертвящей и однообразной. Многое зависело от человека и его внутреннего настроения, чему свидетельство – упомянутое письмо Петра Перцова.

Младший брат Чехова, Михаил Павлович, в середине 1890-х годов служил в уездном городе Углич. Скучал здесь и жаловался в письме к своему покровителю, издателю А.С.