О чем ты молчишь?

– Она тоже ушла по-английски? – с серьезным видом произнесла Сара, всё еще черкая буквы в блокноте.

– Вообще-то это пошло от французов, – отвлеклась Амелия, – ладно. Когда с Беном была поставлена точка, я уехала в верхний Хэмптон, вернулась оттуда к началу учебного года и… Незадолго до этого Джесс позвонила, попросила приехать. В итоге она даже не пустила меня в свой дом. Сара! Мы с Джесс доверяли друг другу на столько, что она могла поведать мне информацию о том, где в её доме лежат тампоны и запасные ключи.

Что должно втемяшиться в голову человеку, который не пригласит тебя войти внутрь? Я была в растерянности. Возможно, подсознательно я до сих пор роюсь в том дне. Она произнесла только: «Амелия, тебя интересуют парни, машины и мода, нам больше не о чем разговаривать, у нас нет ничего общего, а еще ты вечно всё преувеличиваешь». Я позвонила Джейн, мне хотелось с ней этим поделиться, ведь мы были знакомы всю жизнь. И тут она произносит: «Знаешь, я люблю…». Это неважно, Сара! Забудь.

– Ого… – по лицу Сары пробежала тень сомнения, однако она осмелилась задать вопрос, – ты что-то ответила?

– Ага… Я сказала… – по непонятной для Сары причине Амелия вдруг разразилась звонким смехом, затем успокоилась, сделала медленный вдох так, что было видно, как дрожит её грудная клетка и произнесла, – ты права, я преувеличиваю 25 часов в сутки.

– Должна заметить, это весьма остроумно! – Сара неожиданно громко засмеялась в ответ. Видимо ей понравилось то, как дерзко ответила Амелия, – а что было с Джейн?

– На самом деле я просто никогда не предавала значения тому, что в сутках 24 часа.

Позже, сидя дома и копаясь в себе, я осознала – даже в тот момент я преувеличила. Одного я точно не могла вспомнить – о чём говорила Джесс. О преувеличении моих чувств, моих знаний, моей жизни? Я не готова обсуждать Джейн. Не сейчас.

– Мне жаль, что так произошло. Правда. Амелия, никто не заслуживает терять друзей без объяснений. Для этих людей этот процесс разрыва был спланированным и постепенным, но для тебя он был резким, – заключила Сара, скрестив руки на коленях.

– Как засохшая корочка от свежей болячки. Её просто оторвали и оставили без пластыря, чтобы кровь замарала твои белые брюки. Я всё еще та девчонка подросток, чьи подруги отвернулись по известным лишь им причинам. Недавно Джесс вышла замуж, я отправила ей открытку с поздравлениями. Чувствовала себя… Нелепо.

– Думаю, это верное описание твоих чувств, милая.