Ищу повод жить (сборник)

– Кто? Кто это сказал? – ухватилась за услышанное Ольга Николаевна.

Я, смутилась Чукина Аня.

– Молодец, Чукина! – похвалила методист. – Вот это дельное предложение.

– Чукина! Нуты гений! Нуты голова! – одобрительно загудело собрание.

– Да причём здесь гений?! Эти призывы развешены во всех общественных местах! – начала оправдываться Аня.

– Что-то в нашем общественном туалете я такого призыва не видел, – возразил Липатов.

Тут же посыпались остроты:

– Дурачок! Разве в туалете во время позывов до призывов?! Поэтому их там и не вешают!

– Даже если и повесить… его же разорвут на клочки!

– Естественно! Туалетную-то бумагу достать целая проблема!

Аудитория разразилась дружным гоготом.

– Прекратить немедленно! – возмутилась методист. – Ох, попадёт мне из-за вас!

Дверь внезапно распахнулась, и на пороге возник декан факультета. Все притихли.

– По какому поводу веселье? – жёстко спросил он.

– Да вот собрание проводим. Завтра последний госэкзамен, – заискивающе проговорила Ольга Николаевна.

– Это так Вы настраиваете студентов на серьёзный лад? – укорил её декан. – Хохот стоит на весь институт.

– Да мы смеёмся на нервной почве, – вступился за методиста Липатов. – От страха. Перед завтрашним днём.

Декан помолчал, как бы осмысливая услышанное, а затем назидательно сказал:

– У нас страха перед будущим быть не должно! Продолжайте собрание. Но… смех прекратить!

И вышел.

– Я же имел в виду завтрашний экзамен, а он чего подумал? – вслух начал размышлять Липатов, но методист прервала его «размышлизмы»:

– Хватит философствовать! Лучше давайте подумаем, куда мы повесим плакат.

– А чего тут думать? Повесим на стенку, над портретами великих математиков, – предложил неутомимый Липатов. – Другого места всё равно нет.

Все оглянулись назад и стали дружно рассматривать портреты.

– Чушь какая-то получается, – задумчиво сказал кто-то.

– И причём юмористическая! Вверху плакат, а под ним Эйлер, Коши…

– И получается как будто они будут претворять решения пленума в жизнь! – продолжила логическую нить методист.

– Действительно, – расстроился Липатов (ему даже показалось, что Лейбниц недовольно поморщился). – Никто из них и слова-то такого не знал… «пленум».

Все снова засмеялись.

– А давайте портреты снимем! – не унимался Липатов.

– Портреты снимать нельзя! – возразила Ольга Николаевна.

– Ну и задачку Вы нам заганули! – почти по слогам протянул Липатов, изобразив ужас на лице.