Дураки женятся

Пожелаем ему успехов на этом пути.

    Владимир Шпаков

Часть первая

Разговор у калитки

Черепаховый суп

– Когда мы приехали в эвакуацию, – рассказывала бабушка, – нас встречала толпа местных жителей. Я помню, кто-то громко кричал: «Жиды! Жиды приехали!» Но председатель колхоза позвал всех на собрание в клуб. Он был коммунист, он сказал: «Это советские граждане – евреи, эвакуированные от фашистов, они будут работать в нашем колхозе, также, как и все». И мы работали, зарабатывали трудодни, собирали хлопок.

Мне было трудно делать норму, но со мной были мои дочери – Бэла, и твоя мама – Циля, и они мне помогали.

– Бабушка, а что вы ели? – спросил я.

– Что ели? Черепах на поле ловили и варили из них суп.

– Так вы ели черепаховый суп?! – воскликнул я восхищённо. – Вот повезло! А ты знаешь, что во Франции суп из черепахи считают роскошным деликатесом? Нам географичка рассказывала. Эх, мне бы хоть раз в жизни попробовать такую вкуснятину!

– Сынок, не дай Бог! – решительно ответила бабушка.

 – Ты даже представить себе не можешь, какая это гадость!

Дураки женятся!

Бабушку парализовало в шестидесятом. Я помню заплаканное лицо тети, и как она с горечью кому-то говорила:

– Скорая приехала вовремя, да толку с нее. Врач забыла прибор для измерения давления. Пока ездили туда и обратно, случился ещё удар. Сейчас пошли за пиявками, говорят, пиявки хорошо помогают!

Но пиявки не помогли, и левая сторона у бабки до самой смерти в семьдесят седьмом так и осталась парализованной.

Сначала, года три, она вместе с дедом ещё ходила довольно далеко, в гости к моей тете, на Кишинёвский мост, потом лет пять гуляла только по двору, а последние десять лет она уже из квартиры не выходила. Дед все годы за ней преданно ухаживал: подавал горшок, мыл её и по утрам помогал надевать халат. Лишь иногда, вынося горшок, он кривил в усмешке губы и приговаривал себе под нос: «Дураки женятся!».

Вы слушаете «Голос Израиля»

Дед стоит, прислонив спину к кафельной печке, в синем свитере с вырезом и в клетчатой фланелевой рубашке.

– Слушай, дед, – спрашиваю я, – ты жил при румынах… ведь были публичные дома. А ты в них ходил?

– Сопляк! – сердито отвечает он. – А что это тебя так интересует? В публичные дома ходили солдаты. Порядочные люди к проституткам не ходили. Были чистые женщины – белошвейки, прачки… Да что ты понимаешь! Идиот!

Он уходит в соседнюю комнату, включает радио и долго настраивается на волну.