Вастум

Автопилот доложил об успешном прибытии на место назначения и заглушил мотор. Пёстельбергер так и не пришёл ни к какому решению насчёт маскировки. С одной стороны, чем меньше Большой Брат знал о его перемещениях, тем лучше. С другой, не стоило давать вражеским адвокатам пространство для манёвра. А если придется подтверждать своё присутствие на месте съёмки? Без годных для экспертизы записей с камер сделать это будет непросто, придётся вызывать свидетелей. Подобные процессы могут тянуться и полгода, и год, где этих свидетелей потом искать? Да ещё таких, чтобы не стыдно было предъявить на суде?

Победила осторожность.

Повторно всё обдумав, Глеб выдавил полоску геля на ладонь. Потёр руки, размазывая пахнущую лекарствами плёнку. Активировал и прилепил холодную плату хайд-хэда на ноющий от недосыпа висок. Взял с соседнего сидения тяжёлый кейс и покинул автомобиль, двинувшись в сторону служебного входа.

Подкупленный Каньей администратор походил на усталую черепаху: сутулый, носатый, с большими блёклыми глазами и худой кадыкастой шеей, покрытой щетиной.

В центре бритого черепа сияла пластина. То ли для красоты, то ли скрывала следы неудачного хирургического вмешательства. Скорее второе: говорил администратор так же медленно, как и двигался, периодически подвисая в середине фразы. Предусмотрительная Канья была права – такого свидетеля сожрал бы даже второкурсник с юрфака, не то что матёрые акулы «РобоТеха».

– Пошли, что ли, пока не… Хотя, номер на всю ночь заказан, редко кто… торопится.

И вовремя… Мы ж, мля, не почта.

Вслед за еле плетущимся провожатым Глеб прошёл по длинному, плохо освещённому коридору. Поднялся по лестнице, свернул направо, преодолел очередной пролёт. Потолки в здании были ого-го, метра четыре. Следующий коридор вывел в холл на втором этаже, откуда они попали в просторный многолюдный зал, где по ушам била музыка, неприятно отдаваясь басами в животе. Посетители выпивали, болтали и веселились, между столиков сновали живые официантки, а на подиумах и в подвешенных под потолком клетках танцевали кибернетические стриптизёрши.

Краем уха Пёстельбергер слышал, что на факультет промышленного робо-дизайна было не пробиться из-за дикого конкурса, чуть ли не в тысячу человек на место. Но, глядя на странных существ, дёргающихся в такт музыке, верилось в это с трудом. Проще было представить, как по городу курсирует грузовичок с эмблемой университета и собирает поехавших кукушкой бродяг.