Давай убьём друг друга

Я поймала себя на том, что невольно улыбаюсь в ответ. И вспомнила, что мы сидим в чужом автомобиле.

– Давай скорее поедем туда, куда ты сказал. «Империал»? – кажется, так назывался отель в центре. Возможно, сегодня мы переночуем там?

– Уже? Зачем?

– Не очень умно разъезжать в чужой машине. Если остановят – документов на машину нет, от тебя несёт ромом.

Моя тирада никак не повлияла на его улыбку.

– И не хочешь поездить по ночному городу? – спросил Сергей, нагибаясь ко мне и поправляя пристежной ремень.

 – Не волнуйся, всё будет хорошо.

Его запах и близость снова всколыхнули во мне желание. Когда он наклонился, его лицо с начавшей пробиваться щетиной оказалось совсем рядом, и мне захотелось провести по щеке ладонью. По щеке и шее, скользнуть пальцами за ворот футболки. Запустить внутрь руки, проверить на гладкость кожу и на упругость – скрытые под ней мышцы. Увидеть наконец, так ли хорошо выглядит его тело, как мне казалось.

И ещё эта его спокойная непрошибаемая уверенность – она тоже добавляла привлекательности.

Нельзя было не поверить: да, всё действительно будет хорошо. На него можно положиться.

Сергей почему-то не торопился снова завести мотор. Сидел, повернувшись в мою сторону, одна рука на руле, другая на панели между нашими сиденьями, барабанит пальцами в такт музыке. Сидел и смотрел на меня – а потом вдруг опять наклонился и насмешливо шепнул:

– Так значит, до утра?

О. Он слышал, что я сказала Альке.

Я тихо рассмеялась, не сводя глаз с его близких, предвкушающе полураскрытых губ.

Сердце забилось сильнее. Сергей тоже смотрел на мои губы. Улыбка сошла с его лица, глаза потемнели. Но он почему-то медлил, будто опасался чего-то.

И тогда я, не в состоянии больше ждать, сама подалась ему навстречу. Обхватила ладонями лицо, почувствовав ожидаемую мягкую колючесть, накрыла губами губы – и тогда накрыло и меня. Волной величиной в небоскрёб. Сергей перехватил инициативу, поцеловал страстно, будто устал сдерживаться. Его пальцы твёрдо впились в мой затылок – не больно, но властно, по-хозяйски, заставляя плыть, повинуясь чужой ласке.

Это был долгий и очень… мощный поцелуй. Если бы меня заставили встать, я бы не удивилась, обнаружив, что ноги дрожат.

Как же я его хотела. Если он умеет так целовать – каков же он в постели?

– Согрелась? – спросил этот нахал. Снова с улыбкой.

Я хотела ответить что-нибудь независимое и остроумное, но, как назло, в голове было совсем пусто. Куда только делась моя язвительность.