Линия жизни. Книга вторая

Он так привязал Игоря к себе, что они и сейчас, пусть редко, но встречаются, что очень меня радует.

После окончания ГПТУ№1 я, пользуясь знакомством со всем руководством училища, помог сыну трудоустроиться не на «Уралмаш», куда обычно направляли выпускников, а в Орджоникидзевское депо. Вкалывать слесарем Игорю было тяжело: болел позвоночник, особенно, если приходилось менять рессоры, которые весили за пятьдесят килограмм. Я не раз наблюдал мучения сына после окончания смены, а спустя некоторое время забрал его в «ЭСКИЗ-РЕГИОН», назначив ответственным за организацию работ по нанесению рекламы на трамваи.

Хоть мы и жили одной семьёй, но я полагал, что, зарабатывая деньги собственным трудом, он может тратить их по своему усмотрению и никогда этот процесс не контролировал, полностью полагаясь на жену.

* * *

Пришло время, когда дефицитом стали самые обычные продукты, но эти вопросы я решал. Дети росли, не зная особой нужды, правда, с некоторых пор у обоих начали проявляться некоторые странности поведения.

Когда я узнал истинную причину этого, понял, что крупно проиграл.

Двенадцатого июня девяносто пятого года, в День Независимости, или, как говорят наши острословы, в день, после которого от нас уже ничего не зависит, мы с женой и Олегом приехали в сад.

Игорь остался в городе праздновать с друзьями, к тому же помощи от него было не особо много: проблемы со спиной. После тяжёлой работы на сына было больно смотреть, потому и бывал он в саду редко.

В работе на земле мне очень помогал младшенький – Олежка, именно с ним мы вспахали всю с таким трудом доставшуюся нам землю.

Правда, в последнее время я стал замечать какие-то странности в поведении сына, но отнёс их на переходный возраст. Вот и в эти выходные Олег работал на пару со мной практически без отдыха, правда, ненадолго сбегал за забор, наверное, по нужде. Он и в прошлые приезды иногда туда убегал: туалет построить ещё не успели, а потому за забор лётали многие.

День стоял просто чудесный, баня истоплена, завтра ? выходной.

Так хотелось, чтоб мы вместе переночевали в саду, но ближе к вечеру, когда все запланированные работы были завершены, Олег с какой-то неясной тревогой в лице подошёл и взял меня за руку:

? Папа, пойдём в машину, надо поговорить.

Это было что-то необъяснимо новое и пугающее.

В машине сын повернулся ко мне – по щекам катились слёзы. Потом он разрыдался.

Что такое? Я его не обижал, мать тоже работала где-то в стороне, а сейчас готовит ужин.