Полёт раненой птицы

Хочу, чтобы…

Только вот в действительности чудес не бывает.

Я не давала покоя родителям, я расспрашивала их о знакомых, я даже к Вере приставала. Я боялась разговаривать только с Ваниной мамой, да она и без меня наверняка делала всё возможное. И однажды мой папа предложил съездить в больницу, поговорить с лечившим Ваню врачом и узнать обо всем подробно.

Врач, конечно же, начал с того, что надежда есть – а когда её не было? – что он не исключает такой возможности, потому что современная медицина… и прочее, и прочее.

Наверное, каждого врача учат говорить подобные слова ещё во время учёбы в институте. От них вера во вполне реальное чудо разгоралась с невероятной силой, но…

Ване необходимы какие-то жутко специальные, высокопрофессиональные операции, а их в нашем городе – увы! и ещё раз, увы! – не делают. Конечно, есть специализированные клиники и центры с реабилитационными отделениями, и в Москве, и тем более за границей.

Но либо надо ждать очереди несколько лет, либо готовить деньги, причём немалые деньги. Так что, дорогие родственники (хи-хи, «родственники»!), все в ваших руках.

А Ванина мама боится, вдруг что-нибудь случится. Я ловлю её встревоженный, умоляющий взгляд и почти уже слышу те слова, которая желает, но никак не решается мне сказать: «Сашенька, миленькая, только не бросай его! Ради его и моей жизни. А иначе он…»

Ваня, до чего ты довёл свою мать!

Я долго готовилась к этому разговору, я не представляла, как его начать, и начала неожиданно для самой себя, прямо, без вступлений.

– Вань! Ты можешь мне сказать честно? Ты думал когда-нибудь что-нибудь сотворить с собой?

Он сделал вид, что ни капли не удивлён и не потрясён, равнодушно пожал плечами.

– Дурак! – с досадой произнесла я. – Но почему?

И зачем я спрашивала? Разве мне приходилось долго мучиться, размышляя над тем, что с ним происходит? Об этом уже сто раз рассказано, раскрашено, расписано в книгах, кино, по телевизору, и каждый делает вид, будто знает, о чём он думает, что он чувствует, что он скажет – сейчас, сегодня, завтра.

Ситуация, разобранная вдоль и поперёк, изученная глубоко и досконально, проанализированная врачами, психологами и ещё множеством всяких посторонних людей.