Немножко Северной рабоче-окраинной лирики

Первые. Самые настоящие.

Да, а АРЗ-9 теперь уже совсем, окончательно – нет на этой земле. Да и много чего и кого уже нет… «Но мы-то помним!»

«Новослободская»: как я чуть Родину не предал

«Новослободская» для меня – станция детства, так сказать. И я бывал на ней чаще, чем на любой другой. Но не потому, что мы там жили, а потому что автобусы из нашего Бескудникова приезжали на «Новослободскую», другого метро ближе не было. Соответственно, несколько «тёплых ламповых» историй на эту тему, и эта условно первая.

Станция «Новослободская», как всем прекрасно известно – одна из красивейших станций московского метрополитена. Немудрено, что и в незапамятные уже времена – для иностранных туристов именно «Новослободская», наряду с «Маяковской», была обязательный пункт «подземной программы». Неизменно интуристы с интересом рассматривали витражи, фотографировали их, цокали языками от восхищения – а потом писали в своих отчетах в соцсетях примерно так: «Novoslobodskaya station is really must see! It’s amazing and wonderful! Что касаемо самих аборигенов, то есть, русских – сами moskvichi на фоне всей этой красоты смотрятся особенно угрюмо…»

А, не было тогда еще соцсетей… но смысл тот же.

Насчет красот – всё верно. Насчет угрюмости москвичей – не очень. Правильнее было бы сказать – «сосредоточены и собраны». А всё дело в том, что «Новослободская» с чисто транспортной точки зрения – на какое-то время осталась последней станцией Кольцевой ветки, не имевшей своей «радиальной». Так что огромный район Москвы, и Дмитровское с Коровинским шоссе, и то, что называли общим словом «Бескудниково», и еще ряд местностей и «локаций» – все, все их жители так или иначе прибывали на «Новослободскую».

Многие – протрясясь в битком набитом автобусе не менее получаса, а то и больше. Немудрено, что некоторая многолюдность наблюдалась на «Новослободской» постоянно, а пассажиры – волей-неволей имели вид собранный и сосредоточенный.

…И жил как раз в транспортном бассейне «Новослободской» один юный москвич.

И была у него Мечта…

Конечно, в детстве различных мечт у каждого много, но среди прочих имелась и такая, на первый взгляд незатейливая: получить однажды вязаную шерстяную шапку, в просторечии именуемую «петушок».

А всё дело в том, что бытовало на их Северной рабочей окраине такое поверье, что ли… или традиция… Короче, кроличья шапка-ушанка – считалась в чем-то атрибутом совсем юных несмышленышей. Детей. А настоящий пацан – должен был ходить в шерстяной.