Письма к Богу

 – Ну, помоги Никите.

Петр Васильевич прошелся туда-сюда по маленькой территории и резко спросил у Лизаветы:

– Ты куришь?

– Да.

– Бросай срочно! Негоже женщинам курить.

– Прав Васильевич, и ты, Светка, заканчивай с дьявольскими привычками, – тетя Валя поднялась с кресла, как глыба. – Я понятно говорю?

– Причем тут мы?! Вы что, теть Валь?

– Какого рожна вы курите, отравляя свой организм и подавая пример детям, а? А ну, отвечай,– Валентина нависла над Светой, как туча. – А ну, как перед Богом отвечай.

– Да вы что, мой Стас не курит, вообще это мелочи, – пыталась возразить Светка.

– Из мелочей жизнь складывается. У женщин не должно быть никакого оправдания дурным привычкам. Вон как малец переживает, что мать курить начала. Маленький, а знает, что плохо, вредно. А вы, большие лошади, не понимаете. Мелочи….

– А у меня вообще нет детей, и неизвестно, будут или нет, – Лиза вся раскраснелась и, как школьница, вскочила со стула.

– Права Валентина! Вы женщины, и нет чужих детей. Все дети наши. Это будущее.

– Конечно, Вы всё на нас сваливаете, – закричала Света, обиженная таким напором, – а мужики не при чём?

– Причём, но очень много зависит от женщин. Пусть мужик будет голова, а вы шея. Вот и учитесь шеей работать, чтобы наши головушки вертелись в нужном направлении.

– Красиво говорите, Пётр Васильевич, голова, шея, а в жизни всё сложнее, иногда и шею сворачиваешь, а толку никакого.

– Здесь ещё мудрость нужна, как инструкция к шее. Сложный вопрос – не спорю. У нас что не семья, то проблема. Вся ответственность за детей на женщин ложится. Как ни крути, вы, бабоньки, за детей отвечаете. Так что, Светик, следи за своим Стасом в оба глаза, а не одним, пока не поздно. – Пётр Васильевич налил себе воды из чайника и залпом выпил.

Вера Петровна сидела тихо в своем уголочке, ни разу не вступив в спор. Она не любила эмоциональные разговоры, но это тема и ее вывела из равновесия.

– Успокойтесь, Светочка. Наверное, нам надо что-то сделать, раз письма на нашу почту попали. Это ведь не просто так. Через этого мальчика мы должны что-то понять. Сделать все, что в наших силах, раз уж мы вместо Бога эти письма читаем.

– Что мы можем исправить? Мы даже не знаем, где он живет, учится.

– Лизонька, нам этого и не надо знать. Мы просто сами должны стать лучше, чем мы есть.