Притворись моим демоном

– Ты слишком много стала ругаться, следует ввести наказание за это – поучительно запричитал господин Риус, продолжая бережно расставлять на полке книги, принесенные трудяжками.

Я нервно заметалась по комнате: так и ручка и карандаш на месте, тетради тоже, ох, еще и переодеться следует. А куда деть бесенка и паучка? Вариант с кофтой отпадал – не просидят и пяти минут.

– Я пригляжу за ними, а ты ступай – не стоит опаздывать на занятия! Ах, да, книгу я тоже уберу – не стоит показывать ее остальным.

Голос хранителя был спокойным и умиротворяющим. Я благодарна кивнула и, окрыленная, полетела в общежитие. Сторож хоть и был вчера в ярости, но выселение – дело серьезное, самостоятельно такое он сделать не мог!

Мог… И весьма эффектно выселил меня. Я стояла возле крыльца и озадаченно пялилась на бесформенную кучу коробок и как попало скиданных вещей. Коробки были мяты, кое- где рваны, а некоторые, видимо пересчитавшие ступеньки, опрокинуты так, что их содержимое радовало глаз прохожим.

И надо сказать, было чем радовать: красивое, нежное кружевное белье вперемешку с набросками принца Аверуса выглядело завораживающе. Стыд – то какой! Я краснела, ошарашено разводила руками и то и дело косилась на победоносно скалящегося сторожа.

– Господин Друвен, нельзя ли было как-то тактичней? – поспешила мне на помощь куратор. Она схватила с земли отсыревшую тетрадь и возмущенно пискнула. – Отсырели! Возмутительно, вы мешаете учебному процессу, это самовольное выселение, и я этого так не оставлю!

– Здесь я слежу за порядком, Лания, и потому мне решать, как устранять проблемы.

– Это возмутительно! – раздраженная куратор взобралась по ступенькам и вступила в яростный спор с блюстителем порядка.

Мне даже стало неловко наблюдать за этой неравной перепалкой. Куратор, чье имя я узнала только сегодня, с высоты своего роста, яростно налегала на сторожа, доказывая неправомерность его деяний.

Он же стоял на своем.

– Старшие дома здесь не заведуют, я сказал: она выселена и точка! – буркнул сторож, показывая свою непреклонность

– Это мы еще посмотрим!

Куратор не сдалась, взъерошенная и раздраженная она пошагала вглубь общежития, размахивая отсыревшей тетрадью с красочной надписью: «Знания – Сила». А я лишь грустно наблюдала, как часть моих старательных конспектов так спешно упархала на недосягаемую теперь территорию.