Митрофанушка спасает мир

– Но это Ксюшин подарок! – пытался упрямиться Митенька, но мама уже аккуратно снимала с него цепочку.

– Пироги спасай! – шикнула она на него.

***

Цепочка с подвеской лежала, как самая большая драгоценность, на дне маминой шкатулки. Она ее спрятала от Митеньки там, где он никогда не найдет, пока сын не опомнился и опять не заупрямился.

– Что с цепочкой-то делать? – спрашивала она у подруги.

– Я-то почем знаю! – блеяла та в трубку, и мама, казалось, видела, как она разводит руками.

– Может, в церковь отнести? – размышляла мама.

 – Там-то знают, как с ней поступить.

– Вот еще – в церковь! – раздражалась подруга. – Слишком много чести!

Тогда мама, оставшись как-то дома одна, разобрала цепочку по звеньям и оторвала подвеску. Потом отнесла на помойку и выбросила на самое дно бачка.

Но Митенька не прекратил спасать… как минимум, пирожки.

Эпизод второй, в котором спасают говядину

С красным лицом, отдуваясь, Митенька тащил кадку с фикусом, чтобы погрузить ее в «Газель».

– Мам, фикус-то зачем с собой везти?

– Засохнет он, пока на мы на даче, – жалела цветок мама. – Все ж живая душа!

– Мам, переведи мне двести рублей.

– А на что тебе? – прищурилась мама, доставая старенький немодный смартфон.

– На парикмахерскую, – отвечал Митя. – Побриться хочу налысо.

– Зачем? – изумилась мама.

– Чтобы не жарко на даче было и голова не потела.

***

У них был старый, сырой дом в деревне, которая держалась за свой колхоз и молокозавод.

В общем, у этой деревни в чем только душа держалась в нынешних условиях. Жили там, в основном, крепкие бабы с крутыми бедрами, которые и сено на вилы могли поднять, и скотину обиходить.

Мама казалась соседкам мягкотелой.

– Какая инвалидность? – спрашивали они. – Вон у Мишки инвалидность, ему в конвейер обе ноги затянуло – не ходит, за ним дохаживать надо.

В их доме постоянно жила бабушка – простая женщина без образования, всю жизнь проработавшая на молокозаводе. А мама с Митенькой приезжали к ней каждый год на лето.

Когда Митенька прибыл в деревню, он уже сверкал на солнце розовой бритой лысиной. Но этого оказалось мало.

– Мам, баб, у нас есть трикотажная ткань? – спросил он на второй день.

– Есть небольшой отрез, – подтвердила бабушка. – А что?

– Да мне штаны надо пошить…

– Тебе что, мама штаны купить не может? – бабушка кинула уничижительный взгляд на маму.

– Сынок, у тебя шорты есть и джинсы, – жалко проблеяла та.