Воскресшая Святая Русь

А ещё кажется удивительным, непостижимым, что строки эти принадлежат поэту, рождённому в годы разгула сталинских репрессий, «безбожной пятилетки»; в годы колхозов, заменивших сёла с храмом, который был не только центром села, но и центром всего распорядка крестьянской жизни. Но время показало, что не удалось пришедшим к власти бесам до конца убить, растоптать душу народа; уничтожить то, что можно назвать духовным «генетическим кодом». Да и слово крестьянин происходит от слова «христианин». А потому поэзия Н.

М.Рубцова – яркий пример того, что Святая Русь жива!

Мы обратились к одному из самых прекрасных произведений – и в данном исследовании оно будет для нас главным – «ядром». Однако о творчестве поэта нельзя судить по одному лишь произведению – пусть и столь прекрасному и глубокому. А потому обратимся и к другим – тоже удивительным стихам.

Глава вторая. Музыка Небес.

"Чудный месяц плывет над рекою",-

Где-то голос поет молодой.

И над родиной, полной покоя,

Опускается сон золотой!

Не пугают разбойные лица,

И не мыслят пожары зажечь,

Не кричит сумасшедшая птица,

Не звучит незнакомая речь.

Неспокойные тени умерших

Не встают, не подходят ко мне.

И, тоскуя все меньше и меньше,

Словно бог я хожу в тишине.

И откуда берется такое,

Что на ветках мерцает роса,

И над родиной, полной покоя,

Так светлы по ночам небеса!

Словно слышится пение хора,

Словно скачут на тройках гонцы,

И в глуши задремавшего бора

Все звенят и звенят бубенцы…

Перед нами чуть менее известное, но не менее прекрасное, преисполненное музыки стихотворение без названия.

Как и в предыдущем произведении, главные образы – тоже, совершенно очевидно, – Свет и Покой. И снова Покой объемлет и «воды» – реку, и «сушу» – «задремавший бор». И тоже начинается произведение с образа водной глади, в которой отразилось небо – «чудный месяц», плывущий над рекою.

И опять же образы Света и Покоя неотделимы от Родины лирического героя – в данном случае воплотившейся в песнях, тройках и бубенцах.

Отовсюду «звучит» музыка! Она – один из главных образов и в этом стихотворении, и в русской поэзии в целом. И если в самом начале произведения звучит столь знакомая и родная русская песня за рекою, то потом она «превращается» в музыку, которую даже ещё мудрые эллины, а вслед и за ними и древние христиане назвали «музыкой небесных сфер».