Мак и его мытарства

Услышав это, я вспомнил, что нет ничего нормальней смерти, и спросил себя: нормально ли умереть от рук нормальнейшего из соседей?

Закон, принятый в Виши, запрещал евреям держать кошек. Кот, принадлежавший родителям Кристиана Болтянского[33 - Кристиан Болтянский (фр. Christian Boltanski, 1944–2021) – французский художник, скульптор, фотограф и кинорежиссер.], однажды замяукал на коврике у соседского балкона. Ночью эти соседи – люди интеллигентные и воспитанные, позвонили в дверь и предложили им на выбор: либо они сами убивают своего кота, либо гестапо станет известно, что евреи нарушают закон.

Ад – это соседи. Я вспоминаю, как молодожены Эскейтиа, мои друзья из Бильбао, едва лишь вселившись в свою первую квартиру, услышали за стеной какие-то странные звуки. В соседней квартире еженощно происходило некое таинство, которое можно было бы назвать «постоянное повторение непостижимого»: слышался жуткий смех, визг электропилы, воронье карканье и крики ужаса.

И не успокоились даже после того, как узнали, что их соседи с применением примитивных спецэффектов той эпохи записывают для радио рассказы в жанре «хоррор». Соседи, хоть и находят всему объяснение, всегда внушают ужас.

[ГО

РОСКОП 9]

Сегодняшнее предсказание Пегги Дэй сообщает, что «бремя вины, которую вы несете уже много лет, сегодня может создать вам проблемы».

Интересно, как все прочие Овны воспримут этот прогноз, который, боюсь утверждать, но сильно подозреваю, адресован мне? Не могу отделаться от мысли о том, что Пегги, без сомнения, получившая мой мейл, требует от меня извинений за мое скоропалительное исчезновение из С’Агаро, в конце лета.

До сих пор в толк не возьму, а ума не приложу, почему я так поступил тогда, в последний день августа. Может быть, захотел стать похожим на Неукротимого, парня из нашей шайки, вызывавшего у всех восхищение, который совершенно без объяснений бросил свою невесту в конце того же лета.

Он в буквальном смысле удрал от нее, и причины столь резкого и неожиданного поступка так никто и не узнал. Да, полагаю, я повторил этот неожиданный шаг, показавшийся мне чрезвычайно мужественным, а потому и достойным подражания. И я не пошел на последнее свидание с Хуанитой Лопесбаньо и больше уже никогда не видел ее. Однажды, впрочем, мне показалось, что она стоит впереди меня в церкви в Модене, но вскоре выяснилось, что я обознался.