Долгий путь вниз

Он тяжелей,

чем я думал,

это как держать

новорожденного

только я знал,

что при этом

крик будет

гораздо,

гораздо, гораздо

громче.

Шум из коридора

Моя мама,

пошатываясь,

всхлипывая, бредет в ванную.

Шлепком ладони

я вырубаю свет,

погружаюсь в темноту,

кидаюсь на кровать,

запихнув ствол под подушку,

как выпавший зуб.

Сон

ушел от меня,

казалось,

на вечность,

спрятался так,

как сам я когда-то

скрывался от Шона,

но потом, наконец,

высунулся осторожно

из-под боли.

Я проснулся

утром

и попробовал вспомнить,

снилось ли мне

что-нибудь.

Кажется, нет,

и я сделал вид,

будто мне снился

Шон.

Мне стало полегче

заснуть

в ту ночь, когда его

убили.

Но я еще и чувствовал вину

за то, что проснулся,

за то, что дышу,

потягиваюсь,

зеваю и

лезу рукой

под

подушку.

Я обхватил пальцами

рукоятку, и они легли там,

где оставались его отпечатки,

получилось так,

словно младший брат

снова взял старшего за руку,

и он ведет меня в магазин,

учит меня делать

сальто с перекладины.

Если ты отпустишь

ноги слишком рано,

то приземлишься

лицом. Если

отпустишь ноги

слишком поздно, приземлишься

точно на спину.

Вот поэтому

нужно идеально все рассчитать,

чтобы все получилось.

В ванной

в зеркале

мое лицо осунулось,

словно горе

пыталось стянуть

с меня кожу.

Зомби.

Я спал

в одежде,

запах

смерти и пота

застрял в

ткани, как

рыбий жир.

Я вгляделся и

ощутил себя

дерьмом.

Ну и что.

Я сунул пушку

за пояс джинсов

сзади,

рукоятка торчала, как

хвост из стали.

Я прикрыл ее

своей здоровенной футболкой,

с фабричной маркой,

что досталась мне

от Шона.

План

был такой – выждать Риггса

перед его домом.

Мы часто ходили туда

с Шоном,

прежде чем Риггс стал бандитом,

а потом там бывал только Шон,

несколько раз,

он покупал мыло для мамы.

Я решил, что безопасней

будет пойти туда утром.

Тогда его команду я не встречу,

они еще не выйдут. И никто

меня не заподозрит. И я

позвоню ему, чтобы он спустился

и открыл дверь. И тогда я

натяну футболку на лицо,

закрою себе нос и рот

и сделаю это.

На кухне

солнечный луч ворвался

в окно, осветив маму.