Провинциал. Рассказы и повести

– А чтоб неповадно было, – тут он обернулся. – Я что – подопытный кролик?

– Я на самом деле думала, – призналась она скороговоркой, – что с тобой ничего не случится, ведь ты – мужик!

– А что мужики – не люди?

– Ой, я вправду задыхаюсь! Вызови «скорую»!

Лицо её изображало оторопь, истерику.

– Позвони лучше мамочке. Устроит бучу, что я мало съел.

– Маму нельзя расстраивать! Звони в «скорую»!

– Бесполезно, процесс необратимый. Бледная поганка не выводится.

– Там не было бледной поганки! – запротестовала она в неистовстве.

– Вот именно смотрели. И там было три вида поганок. «Бледная» – это просто название. Там есть именно такого цвета, как твои, – серо-коричневые…

– Ты, правда, не ел? – спросила она тихо и доверительно.

– Нет.

– Мама! – она зарыдала. – Живот болит!..

– Бог видит всё. Мужа хотела отравить, – сказал он и пробормотал как бы про себя: – Ещё старым хрычом обзывала…

– Я не хотела отравить! А просто думала: если с тобой ничего не случится, и я поем.

– Ты же была уверена, что это опята.

– Да. Но потом, когда поела, засомневалась.

Лицо её на самом деле было бледно. Она опустилась на корточки, скользя спиной по стене, и всё держалась рукой за живот.

– Вызови «скорую»!

Он вздохнул.

– Я не хочу умирать… – плакала жена. – Я такая молодая!..

Она была трогательна. Глаза выражали страдание и сиротство. Как и тогда, тринадцать лет назад, в трудные годы, когда она тощей, близорукой, напуганной жизнью девочкой выходила за него замуж, чтоб оградить себя и маму от бед.

– Ладно, – сказал он, наконец, и будто снял маску: – Это опята!

– Ты врёшь!

– А трудно дышать потому, – продолжал, – что у тебя от страха обморочное состояние.

– Это признаки отравления…

– Да ел я, ел твои грибы! – воскликнул он. – Уже часов шесть прошло. И ничего. Если не веришь, пойдём посмотрим в компе.

Он обхватил жену за талию, по-прежнему тонкую, девичью, с удовольствием повёл её в комнату.

Сели рядышком. Включили компьютер, открыли нужный файл.

– Вот видишь: бледные поганки. Они все белые. А вот опята. Именно тот вид, который ты принесла. Успокоилась?..

Она потихоньку приходила в себя.

– Как страшно умирать, – призналась она.

– Конечно.

– А может, Бог хотел меня наказать? За что-нибудь старое. Ведь я хотела от тебя уйти из-за того, что у тебя нет денег.

– Конечно, мог, – согласился он. – Хотя бы сейчас.