Поцелуй Герыча

Яна в чёрном платье с белыми кантиками по рельефам привлекала внимание мужчин, сопровождавших вожделенными взглядами её стройные, длинные ноги. Ашот горделиво вёл своё сокровище. Но Яна почему-то смущалась. Она даже растерялась. И это выглядело так естественно, что сама поверила в свою невинность.

Живая музыка, гортанная армянская речь, ласковые и восторженные комплименты в её адрес – всё восхищало Яну. Не отрывая глаз, она всё время испытующе смотрела на Ашота, неосознанно сравнивала его с Виктором. Тревожные воспоминания, которыми она была прикована к Виктору, в ней постепенно рассеивались.

Тяжесть в душе сменилась необычайной лёгкостью.

Ранее незнакомый, новый поток чувств подхватил Яну.

Когда Ашот ей предложил остаться ночевать в гостинице, Яна не стала устраивать бурных сцен.

Во время медленного танца в его объятиях застыла в нерешительности, немного подумав, она дала согласие.

– Я выпившим за руль не сяду, поэтому придётся остаться ночевать здесь, – ласково шептал он в ухо, вожделенно обнимая свою королеву.

* * *

Яна распорядилась своей судьбой. Сейчас она утопала в объятиях Ашота и принимала как должное давно заслуженное внимание и отношение к ней. Она не стала сообщать родителям о серьёзных переменах в личной жизни.

Для Ашота Яна становилась кем-то значительно большим, чем просто любовное приключение…

Так прошло почти два года, пока не явилась его жена Лилит.

Когда Яна отворила дверь, в которую настойчиво звонили, и увидела незнакомую смуглую женщину, она удивилась:

– Вы к кому?

– К мужу.

Я Лилит, – фамильярно ответила незнакомка. Со слегка неряшливым видом, полноватая, в длинной дублёнке, она походила больше на цыганку. Нагло оттолкнув Яну, ступила ногой в квартиру. – А вот ты кто?

– Яна…

– А что так негостеприимно? У нас на Кавказе принято гостей встречать с открытой душой, – заявила незнакомка, бесцеремонно осматривая квартиру.

Удивлённая Яна опешила, она не находила слов, хотя примерно догадывалась, кто это может быть.

– Ну проходите, я просто убираюсь в квартире по просьбе… Ашота Рубеновича…

– Спасибо, теперь можешь отсюда убираться, – грубо распорядилась Лилит.

Они обе внимательно посмотрели друг на друга. От проницательного взгляда опытной женщины не могло ускользнуть то волшебное состояние, в котором пребывала Яна уже целых три месяца. Лилит зашагала по комнате, обуреваемая тревогой. Обе замолчали.

Лилит скинув с себя дублёнку, плюхнулась на диван.