Избранное

Впервые отрадный луч состраданья

во тьме ощутил я – в тоскливой груди,

Как в чёрный лёд, вошёл в моё сердце

жертвы безвинный взор: – Пощади!..

Решил ей помочь я, сломать её цепи,

несчастную вывести из темноты…

Но ты всё предвидел: ты ядом смерти,

как видно, мои пропитал персты.

Едва я доверчивых рук коснулся,

в них влился мой смертоносный хлад,

Не смог я добро сотворить… Но в этом

лишь ты, вероломный палач, виноват.

Ты знал, что ослушаться буду готов я,

почувствую жалость к её судьбе,

И мне помешал!.. Но коварства такого,

Всевышний, вовек не прощу тебе!

Довольно! Теперь пред тобой не унижусь,

тебе я вызов бесстрашный шлю:

В твой пышный, лживый дворец небесный,

клянусь, никогда уже не вступлю.

И не подсылай обольстительных гурий,

в сады меня райские не завлекай:

Мой взор не прельстят теперь, не обманут

ни горы богатств, ни волшебный рай!

Отныне я вижу, отныне я знаю:

украшен престол горделивый твой

Не блеском созвездий – слезами невинных,

не зорями алыми – кровью людской.

Отныне я понял: обмана и злобы

полны все дела и веленья твои,

Возвёл ты чертог своего величья

на человечьих костях и крови.

Обманут, отравлен, подкуплен тобою,

наёмным убийцей я долго служил,

Но хватит! За все свои униженья,

за все твои козни отмстить я решил.

Как ты не простил моего состраданья,

так подлой лжи не прощу тебе, —

Отныне с тобою помериться силой

хочу в небывалой, гневной борьбе.

Прощай!.. На земле я решил остаться,

в поля справедливых битв ухожу

И всем угнетённым сынам Адама

о всех злодеяньях твоих расскажу.

Горящее, словно могучее пламя,

багряное знамя я людям вручу,

Отныне войну я тебе объявляю —

за счастье людей сражаться хочу!»

Казнённый пророк

(Голос погибшего перед Октябрьской революцией)

I

Не проклинайте меня, о цветы-бутоны!

Вас пробуждая в рассветной тиши,

Сюда босиком прихожу я каждое утро,

Пою-напеваю в лесной глуши.