Брак по контракту

– Вы имеете ввиду те, что после договора перечислили ей на счет?– хитро спросил ищейка.

Волошский косо посмотрел на мужчину, ожидая продолжения его повествования.

– Она не сняла деньги. Первоначальные начисления Полина Игоревна пересылала сразу же в больницу, а после вашего развода со счетом операций не совершалось, – в подтверждение своих слов Филипп положил распечатку движений средств по банковскому счету его жены. Большая половина, оговоренной по контракту суммы, так и числится на остатке.

– Странно, – задумчиво проговорил он, переводя взгляд на фото Полины.

Ему  были непонятны ее действия.

– Деньги ей нужны были для больной матери, чтобы сделать дорогостоящую операцию на сердце. Как раз за две недели до окончания вашего договора, она умерла.

Волошский нахмурил брови. Он что-то припоминал. Точно. В день, когда его назначили управляющим центрального банка, важное и значимое событие для него, к которому он так стремился.

Она была с ним на вечере, а потом уехала.

Влад остался отмечать радостное для него событие. Мужчина позволил себе выпить и заполночь навеселе вернулся  домой.

Полина сидела в зале и горько плакала. На ней было то же платье, в котором она была на вечере. Тушь растеклась, и помада исчезла с губ.

Увидев его, она хотела уйти, но Волошский остановил. Ему стало не по себе, что он так радовался своей победе, а жена в это время ревела, сидя на диване. В нем, что-то дрогнуло в тот момент, от жалости болезненно сжалось сердце.

Молодая женщина выглядела такой несчастной  и печальной.

Они, по сути, были чужими друг для друга людьми, встречающимися случайно в доме и на вечерах, требующих ее присутствия. Влад не знал о ней ничего и не забивал голову ненужной информацией. Но в ту ночь Полина выглядела такой беззащитной, хрупкой и ужасно расстроенной, что он не мог этого не заметить

– Что произошло? Тебя кто-то обидел?

Он присел рядом с ней и взял за руку. В нос ударил приятный аромат вишни и какао.

Полина подняла на него свои заплаканные глаза и помотала головой.

– Моя мама умерла, – всхлипнула она и, неожиданно уткнувшись лицом ему в грудь, снова заплакала.

Волошский растерянно посмотрел, как содрогаются от рыданий плечи жены, а потом обнял ее и неумело стал гладить по спине. Он не знал, что нужно говорить в таких случаях. Мама Влада умерла, когда он был ребенком. Мужчина совсем ее не помнил. Ему не приходилось в жизни кого-то утешать.